Читаем Дневник полностью

Настоящий видимый мир есть одна тень будущего духовного, бессмертного века, будущей земли живых. Разумно ли привязываться к тени, а не к Самой Истине, не к будущему, истинно реальному веку, и дню вечному? Преходит бо образ мира сего (1 Кор. 7, 31); изменяются времена года, изменяется непрестанно атмосфера; род преходит и другой род приходит; преходящи цари, сменяются один другим; преходящи великие и посредственные люди и все таланты их; преходяща красота человеческая и обращается в гной; преходящи образы дня и ночи; бесконечно разнообразные формы злаков и всяких растений — все преходит и превращается в тление. Один Бог никогда не изменяется и вечно Один и Тот же пребывает, всеблагий, всесвятый, премудрый, прекрасный, всеблаженный, вечный, всемогущий. И душа человеческая, по образу Его сотворенная, — если достигла святости.

Человек так глубоко поврежден, растлен и осквернен грехом, до бесконечности многовидным, что и подвизаясь долго в созерцании и богомыслии, если на минуту выпустит духовные бразды ума и сердца, — сейчас может ниспуститься до мыслей и чувств низменных, плотских, скверных, ибо корни грехов глубоко и во все стороны проникают в сердце человеческое и бывает нередко, что до смерти человека остаются в нем и парализуют душу его. Только терпением, воздержанием, молитвою непрестанною, болезнями и страданиями искореняются. «Я мелюсь зубами зверей, — говорил св. Игнатий Богоносец, — чтобы сделаться чистым хлебом Божиим».

Сколько страстей различных, холодности и нерадения о душе и ее вечной участи за гробом, уныния, роптания, непослушания, своенравия гнездится во глубине наших сердец, и сколь мы нечисты пред Богом, почти всякую минуту недостойны Его, а достойны Его разве только тогда, когда сознаем свои грехи и искренне плачем о них, прося прощения и изъявляя твердое желание впредь не повторять грехов, не оскверняться ими, не раболепствовать им, а твердо хранить и исполнять святую, праведную и премудрую волю Божию.

Ходи всегда пред Богом, как пред лицом Отца всеблагого, всемогущего, скоропослушливого, всегда готового исполнять праведные желания и прошения сердца нашего.

Жизнь наша на земле: сон, мечта и постоянное и постепенное умирание — не жизнь. Жизни хочу истинной, действительной, Божественной, свойственной существу, сотворенному по образу и подобию Божию, Боже мой. А что за сны, когда мы спим ночью, утром или вечером! Это грезы, мечты, да еще часто грешные! Это потеря времени для Бога, для правды, для вечности. Жизни, жизни хочу в Боге и с Богом, в любви Божией, в нетлении, во свете Божества — в мире, в пространстве сердца!

В чем заключается сила преступления, величайшее безумие вольное и неблагодарность, и злополучие первых людей? В том, что они променяли Бога на тварь; любовь к Творцу — на преданность лукавой твари; святейший, нетленный союз с Творцом, — на нечистый, лукавый, злой и тленный союз с тварями. Иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене достоин: и еже любит сына или дщерь паче мене, несть Мене достоин (Мф. 10, 37). Что сказать о греховных связях и пристрастиях блудников и блудниц; о союзах злонамеренных, каковы нынешние революционные союзы? О союзах сектантов, раскольников, еретиков, о союзах разбойничьих, воровских, противогосударственных?

Дружба с плотью нашей и прелесть наслаждений плотских — причина грехов наших, причина холодности к Богу, пристрастия к миру и его мнимым преходящим, исчезающим благам, причина нашей душевной лености и нерадения. Воздремашася вся и спаху (Мф. 25, 5).