Читаем Дневник полностью

Авария затащил детей за угол и прижался к стене поликлиники. Осмотрелся на наличие камер под козырьками крыш. Их не было. Это значило одно — героя из себя можно не строить, а заботиться нужно лишь о своем будущем и о будущем всего города, когда речь идет о войне со злыми прагмами. Он мог позвонить в скорую или просто постучать в окно поликлиники — там полно скучающих врачей, — и даже подумывал об этом, как вдруг перед его глазами появилась картина: пронесшийся по дороге черный автомобиль и отлетающая голова ребенка, а за картиной — надпись: «БЕЗГОЛОВЫЙ ТРУП В ЛЕЧЕНИИ НЕ НУЖДАЕТСЯ». Авария сглотнул.

— Нужно вызвать полиц… — закричал Илья, но Авария прижал ладонь к его губам. Тут реакция его не подвела.

— Никакой полиции, — прошептал он. — Никто из нас ничего не видел. Нас вообще тут не было.

— Но… почему?

— В первую очередь полицейские начнут нас допрашивать, и знаешь, что будет дальше? — Илья помотал головой. Вика сделала то же самое. — Попросят показать документы. Их у нас нет. И если не сразу, то в скором времени они разоблачат нас. Сначала узнают во мне известного всему городу калеку. Потом пороются в архивах, найдут твой снимок — и БАЦ! — ты уже не Илона, а переодевшийся в девчачью одежду паренек, чьи родители… Извини. Достанется и Вике. Не знаю, как и что именно, но точно не чай с печеньками.

— Тогда что… что нам делать? — жадно глотая воздух, спросила Вика.

— Ничего. Идем куда шли, только в обход. Нас тут не было. Нет свидетелей — нет проблем.

25

Проблем никаких не было.

На решетке радиатора Игорь прокатил обезглавленное, обезноженное тельце Саши Волка до первого канализационного колодца. После чего вышел из салона автомобиля и поднял пластиковый люк. Протащил по асфальту тело и бросил его в поток канализационных вод.

Крохотное тельце засосало в трубу и понесло в сторону очистных сооружений.

Игорь вернулся к автомобилю. В решетке застрял пропитанный кровью кусочек футболки Волка. Он достал его и им же протер кровяные разводы на бампере, капоте и лобовом стекле, промачивая ткань дождевой водой с дороги. Когда машина, на его взгляд, была чиста, он выбросил лоскут в тот же люк. Люк закрывать не стал.

Все остальное исправили ливень и полицейские, прибывшие на место ДТП по звонку очевидцев, которые все-таки были. Первый, ливень, полностью смыл капли крови с автомобиля Козлова, вторые, полицейские, положившие в пластиковый пакет половину ноги Волка как вещдок, на следующий день уже замяли дело. Во-первых, автомобиль принадлежал Шиляевой Валентине Рудольфовне, во-вторых, она уже сама была мертва. А что это значит? Значит, она не могла быть за рулем. Значит и автомобиль не ее. Значит, нужно просто сжечь единственную улику — и все рады. Дело закрыто. Мальчик пропал без вести.

Кстати, именно с этими словами родители Саши Волка до сих пор посещают полицейские участки, чтобы их драгоценного мальчика уже начали искать. Им даже невдомек, что череп их сынишки до сих пор валяется в том кусту, только теперь скрывается под большим муравейником, а разбухшее тело навсегда застряло в канализационной трубе под землей, в районе Вонючки. Городские службы давно могли протолкнуть затычку, но на эти мероприятия никак не найдется средств. Средств хватает только на еженедельную откачку воды из канализационного колодца, что аннулирует постоянные жалобы жителей. Им кусок хлеба дай бесплатно — они и рады.

26

— Показалось, или это был автомобиль директорши? — произнес Илья.

Чтобы обойти место аварии, им пришлось преодолеть петлю в девять кварталов. Они уже подходили к «Тру Стори», двигаясь вдоль забора православного женского монастыря, прозванного в народе Заброшенным и Тайговым. Все дело в том, что монастырь бездействовал больше половины века, и вся его территория за это время сплошь заросла деревьями разных пород. Пускай на территории прибрались, а его двери открыты уже несколько лет, от прилипшего негласного названия этот монастырь уже вряд ли открестится.

— Не показалось, — ответила Вика. — Это точно он, уж поверь мне на слово. Я хорошо знаю этот автомобиль. А еще очень хорошо зна… — она умолкла. Ее схватил озноб, ноги подкосились.

Авария впервые сделал то, чего не позволял себе ранее — сморкнулся и плюнул.

Не выдавая переживания, Вика отдалилась от него, попутно ощупывая поясную сумку: Кейси была на месте, пистолет, что одним утром дал ей Авария, лежал рядом.

— Что ты знаешь? — спросил Илья.

— А? — одернулась Вика. — Чего?

— «А еще очень хорошо зна…» — твои слова?

— Да. Поняла. Я хотела сказать, что хорошо знаю тетю Валю, что она никогда бы не превысила скорость и уж тем более никогда бы не сбила человека, но… Но, учитывая его с ней ночь, — Вика посмотрела на Аварию, — учитывая ее погоню за… за Витей, учитывая темную фигатень в ее организме… Ой, что-то мне дурно… Думаю, теперь я ее совсем уже и не знаю… Может быть, за рулем была она?

— За рулем точно была не она, — заверил Авария. — Я успел уловить цвет шевелюры водителя, и он отличался от цвета волос Валентины. За рулем был Игорь. Но автомобилем он не управлял.