Читаем Дмитрий Красивый полностью

Несмотря на то, что Федор Святославович очень хотел отличиться перед князем Юрием, он, тем не менее, понимал, что с малым московским войском принимать бой бессмысленно. Так и простояли на разных берегах великой реки обе рати до самых морозов. Наконец, нетерпеливые новгородцы не выдержали и предложили Федору Святославовичу начать переговоры с тверичами, а когда он наотрез отказался, тайно послали к князю Дмитрию Тверскому своих людей, вернули ему захваченных в московский плен бывших наместников-бояр и заключили «мир», пообещав сохранять прежнюю покорность великому князю Михаилу Ярославовичу.

– Они так хитро и тайно все обделали, – завершил свой доклад князь Федор, – что я увидел только пыль от уходящего тверского войска и…э-э-э…довольные лица новгородских бояр…э-э-э…Тогда я пришел в гнев и громко обругал этих лицемеров…

– Да, напрасно мы связались с этими новгородцами, – покачал головой Юрий Даниилович, выслушав своего воеводу, – если они такие лживые! Здесь в Москве говорили одно, а когда петух клюнул их в зад – забздели! Зачем морочили мне голову? Хорошо еще, что войско не пострадало и ты смог привезти хоть сколько серебра…Что поделаешь, если Господь не дал нам удачи! А ведь князь Михаил все еще в Орде…Выходит, этот Дмитрий Тверской – горячий воин! Надо было его проучить! Но не получилось: не хватило умишка…Эка досада! А Михаил, тем временем, строит мне козни в Орде…Люди рассказывали, – князь Юрий прищурился и перешел на шепот, – что этот непутевый Михаил там, в Сарае, ходил к новому брянскому князю Роману Глебовичу и предлагал ему заключить против меня союз…

– Неужели? – вскинул брови князь Федор. – Нам не хватает только этого проклятого Брянска!

– Но, слава Богу, как говорят, брянский князь не пошел на этот неправедный союз, – усмехнулся Юрий Даниилович. – Старый Роман очень осторожен и хитер, как лис! Побоялся даже венчаться без царского разрешения и сразу же отправился в Орду…

– Говорят, что мой дядька Роман очень скромен, – покачал головой князь Федор, – и…э-э-э…там, не хотел брать ни один удел…А тут…э-э-э…завладел аж богатым Брянском! Вот почему он сидел себе и помалкивал: дожидался завидной доли!

– Это неправда, брат мой, – возразил Юрий Московский. – Он тогда уступил свое право племяннику – Василию Храброму! Оно, конечно, сам царь Тохтэ был за того Василия, и Роман не стал перечить царской воле…Однако он – отличный воин и человек чести…Это все знают!

– Пусть он великий воин и верный своему слову человек, – грустно усмехнулся князь Федор, – однако вот не почтил моего покойного батюшку Святослава ни памятью, ни добрым словом! А ведь мой батюшка погиб в жестоком сражении по злой воле этого Василия Храброго…И мы не слышим ни слова осуждения или сочувствия ни из Смоленска, ни из этого злосчастного Брянска…

– Это так, брат, – кивнул головой князь Юрий. – Старый Роман мог бы и на этот раз уступить брянский «стол» племяннику! Хотя бы твоему старшему брату Глебу, сыну славного покойника…Это было бы проявлением уважения к памяти отважного воина Святослава…Да что теперь говорить? Романа уже венчали в богатом Брянске на княжение! Значит, спорить уже не о чем!

– Однако же…э-э-э…тот Роман Глебыч уже стар, – буркнул Федор Ржевский. – Ему уже, поди, под семьдесят…Он долго не протянет. А там, кто знает, может Господь и осчастливит моего брата Глеба или меня, и мы получим тот заветный Брянск…

– Все может быть, – улыбнулся Юрий Даниилович. – Будет и на нашей стороне праздник! Подождем…

В это время в комнату вбежал молоденький княжеский слуга. – Великий государь! – крикнул он. – Сюда приехали новгородские бояре! Они стоят с телегами на твоем подворье! С ними новгородский владыка…Просятся к тебе!

– Вот, бесстыжие! – возмутился князь Юрий. – Сущие стручки! Не успели меня предать молодому Дмитрию, а уже тут – со сладкими словами? Неужели не договорились? Любопытно! Тогда позови-ка, Буян, моего братца Иванушку, – князь повернулся к слуге, – и впусти сюда этих новгородских послов, сразу же вслед за Иваном. Послушаем их и поговорим!

– Слушаюсь, батюшка! – прокричал молодой слуга и выбежал в простенок.

Вскоре в «тайницкий покой» вошел князь Иван Даниилович, низко поклонился брату, также почтительно поприветствовал он князя Федора.

– Садись, брат, – указал рукой на скамью, стоявшую справа от его кресла, князь Юрий, – рядком с нашим верным князем Федором. Послушаем сейчас новгородцев и обсудим их слова…

Новгородские бояре, одетые в богатые медвежьи шубы, возглавляемые архиепископом Давыдом, тихо вошли, склонив обнаженные от длинных бобровых шапок, головы. Один владыка лишь слегка наклонил голову и быстро перекрестил князя Юрия. – Благослови тебя Господь, сын мой, – сказал он и также перекрестил сидевших на скамье князей.

– Здравствуй, владыка Давыд! – весело сказал князь Юрий, делая вид, что ничего не произошло. – С чем сюда пожаловал? Неужели только с благословением?