Читаем Дмитрий Кантемир полностью

Согласно Аристотелю, земля и ее полюсы не находятся во времени, потому что не имеют движения, а остальные движущиеся тела находятся более или менее во времени. Они наделены, конечно, разнообразными формами времени, варьирующими до бесконечности, — эго значит, что все они неправильны и предположительны.

Этот язычник считает, что небо находится в наибольшей степени в пространстве, потому что оно движется быстрее остальных тел. Поэтому следовало бы полагать, что небо в наивысшей степени обретается и во времени, поскольку оно должно было бы измерить первую движущуюся вещь, имея в виду, что она самая быстрая. Отсюда вытекает, что все остальные тела, которые движутся медленнее, менее находятся во времени и, следовательно, время или уменьшается до бесконечности и постепенно уничтожается, или в покоящихся вещах кончается совсем и, наконец, его существование прекращается. Итак, то, что мы выше доказали относительно пространства, таким же ходом рассуждения можно доказать и относительно времени, то есть что земля и ее полюсы лишены времени, потому что они лишены движения. То, что это в высшей степени нелепо, я думаю, ясно всем. Отсюда возникает не лишенное оснований сомнение, а именно: если время является мерой движения, то к движению какого тела относится эта мера? Разве только к первому двигателю? Если бы оно было мерой всех движений, тогда одно время относилось бы к жизни и движению человека, и совсем другое, отличное по форме, — к жизни и полету орла, так как движение последнего быстрее, а первого — медленнее. Точно так же можно было бы думать и о других неравных движениях.

Отсюда вытекает:

во-первых, сколько существует атомов, составляющих вещи, столько и насчитывается видов движения, причем очень разнообразных и отличающихся друг от друга;

во-вторых, данной части времени — шестидесятой — приписывается бесконечное число неделимых физических времен. Время соединяется и приближается все больше и больше к самому быстрому движению, потому что оно ближе и более сходно с неделимым и ничем;

в-третьих, наконец, если последовательность времени в первом двигателе приближалась бы к движению неделимой бесконечности, в то время как все остальные движения имели бы различные виды времени в зависимости от продолжительности их собственного движения, и так как не существует никакого сходства или пропорции между конечным и бесконечным, то следует, согласно схоластическим традициям, что время первого движения или пространство двигателя не может быть ни измерено, ни понято и, следовательно, тщетно, лживо и, правду говоря, не существует и является выдумкой разума, продуктом воображения, вскормленным кормилицей старины и выращенным легковерными потомками.

В действительности, мой дорогой сын, природа не знает таких лживых соображений и гипотетических гипотез, природа их отрицает, так как она исследует, чем являются вещи, а не то, как они могли бы служить для различных измеряемых или исчисляемых спекуляций. Потому, если ты хочешь выяснить, правильно ли или ложно суждение «Он (Аристотель) сказал», прибавь к нему «истину» и «ложь», и тогда истина и ложь теорий и аксиом выявятся сразу. В поддержку этого утверждения благодаря их способности показывать самое природу ложности я приведу в пример 20 монет, на которых, исследуя фальшивые гравюры и чудовищные образы времени, ты заметишь несоответствие надписей и будешь дивиться поразительным их ошибкам. Вот эти фальшивые монеты.

ГЛАВА XII

Выявляются из природной сокровищницы 20 фальшивых монет Аристотеля о времени, которые ростовщики природы выгодно используют и радуются им, как чему-то очень важному.

Вот что он утверждает:

1. Время есть мера движения и покоя.

2. Нет ни движения без времени, ни времени без движения.

3. Не появится никакое время, если не появилось движение.

4. Когда существует нечто предшествующее и нечто последующее, тогда говорят им, что это время, потому что оно не что иное, как количество движения, смотря по тому, являются ли они или предшествующими, или последующими.

5. Когда мы утверждаем, что что-то было, то сразу видно, что произошло и движение, поэтому время является движением или чем-то движимым.

6. Большее или меньшее различаем числом, а большее или меньшее движение различаем благодаря времени, стало быть, время есть число.

7. Время — это мера.

8. Время — это то, что считает, а не то, чем считают.

9. Время есть мера движения, а движение — мера времени.

10. Всякое изменение и все, что движется, находится во времени[17].

12. Движение первичного двигателя совершается по кругу, поэтому оно вечно.