Читаем Для тебя полностью

Отец был не лучше. Он не глотал таблетки, но курил травку и нюхал кокаин, когда у него были деньги, чтобы их купить. Если у него была работа, то в течение дня он оставался трезвым, но по ночам напивался на пару с матерью Колта. Большую часть времени он сидел без работы, так что отца Колт трезвым тоже не помнил.

Морри же следил за собой, потому что видел родителей Колта и к тому же вырос в баре.

Морри взял со стола пластиковый пакет, в котором лежал разлинованный листок бумаги, и передал его Колту.

— Это пришло сегодня по почте. Адресовано Феб. — Морри показал на бумажку. — Я положил его в пакет. Не хотел заляпать. Как только я понял, что это, я почти не прикасался к нему. — Морри дёрнул головой в сторону стола. Там лежал ещё один пакет с конвертом внутри. — Так же поступил с конвертом. Он тоже здесь.

Хорошо, что Морри смотрит сериалы про полицейских.

Колт посмотрел на листок. Давно уже он не видел таких. Со школьных лет. Бумага выглядела старой, чернила выцвели. Сверху карандашом было написано имя Феб.

Колт прочёл записку и ничего не понял. Похоже на писанину девочки-подростка, злобная записка. В ней упоминался Кевин Керчер, который после школы поступил в Индианский университет и никогда не возвращался в город, даже на встречи выпускников. Колт опустил газа на нижнюю строчку, где было написано имя отправителя.

Энджи.

— Какого хрена?

— Вот именно: какого хрена! — взорвался Морри. — Посмотри на обороте!

Колт перевернул пакет с запиской и увидел ещё одну надпись, сделанную карандашом. Она была темнее, а значит, более свежей, и написана другим почерком. «Для тебя».

В желудке тяжело заворочалась тревога. Колт не любил это ощущение. Так он чувствовал себя в детстве, сидя в своей комнате и слушая, как ругаются родители. По изменяющейся громкости их голосов он точно знал, когда скандал достигнет пика, и с точностью до секунды мог определить, когда услышит, как мамина голова ударяется о стену или она вскрикнет от боли, рухнув на пол. Это чувство не посещало его уже много лет. С тех самых пор, как сидел на крышке унитаза, а Феб вытирала кровь, текущую по милости его отца, пока Морри ходил за льдом. Джек и Джеки оставили своих детей заботиться о нём — они знали, что вырастили хороших ребят, которые знают, что надо делать, — а сами отправились заниматься тем, что изменило всю его жизнь.

Колту хотелось разодрать собственную кожу и вырвать из себя эту тяжесть. Ей там не место. Он долгие годы работал, чтобы стать мужчиной, который не несёт в себе эту тяжесть. Джек и Джеки помогли ему избавиться от неё, а также Морри и Феб. Он не желал, чтобы она возвращалась, никогда, а в особенности, когда в деле замешана Феб.

Колт посмотрел на Морри:

— Приведи Феб.

— Я не хочу, чтобы она это видела.

— Приведи её сюда.

— Колт...

— Морри, мы имеем дело с убийством. Приведи её.

Морри слишком долго смотрел ему в глаза. Так долго, что Колт решил было, что ситуация станет хуже. Они с Морри спорили, и довольно часто, но ссоры никогда не длились долго.

Но сейчас речь шла о Фебрари.

Наконец Морри выругался себе под нос и вышел.

Колт вспомнил место преступления.

Энджи убили рядом с мусорным баком. Не принесли тело, а убили именно там, позади бара «Джек и Джеки».

Результаты из лаборатории ещё не пришли, вскрытие не завершено, но явных признаков борьбы не было. Глаза Энджи закрыты естественным образом, значит, она, скорее всего, отключилась сама, а не в результате удара по голове. На голове нет ран. Возможно, во время убийства она была под кайфом, что было бы лучше для неё.

Прочь от трупа вели кровавые следы. Крови было так много, что убийца не мог не запачкаться. Через пять футов следы внезапно обрывались. Он сел в машину — возможно, его одежда и руки были в крови Энджи — и уехал.

Топор нашли недалеко от того места, где заканчивались следы, убийца просто отбросил его в сторону. Никаких отпечатков пальцев, никаких следов ДНК на месте преступления не нашли, хотя по переулку ходило много людей, и криминалисты ещё изучали всё, что собрали там.

Но похоже, что у них в распоряжении только следы, топор и труп Энджи. Это всё, что оставил убийца.

Убийцей должен быть мужчина. Ни у одной женщины не хватит сил нанести такие раны, точные и аккуратные, как будто он всю жизнь рубил дерево и знал, что делает.

Если это не немецкая толкательница ядра, то определённо мужчина.

Мысли Колта переключились на Феб и Энджи.

Он не забыл, что когда-то они были подругами.

Чёрт, не далее чем несколько вечеров назад он видел, как Феб подошла к столику Энджи и встала рядом, глядя на неё сверху вниз и говоря что-то, чего он не расслышал, но Энджи рассмеялась.

Энджи смеялась не часто, только когда флиртовала или когда к ней подходила Феб, чтобы поболтать и вытащить Энджи из её раковины, вернуть жизнь на её грустное лицо, хотя бы на несколько минут.

Но много лет назад они были ближе.