Читаем Для тебя полностью

Колт спал, лёжа на животе, подтянув одно колено и вытянув руку. Он хорошо выглядел во сне, но с другой стороны, он хорошо выглядел всё время, так что я могла бы не удивляться. Но появилось в нём что-то, чего не было раньше, когда мы были моложе и я иногда просыпалась и смотрела, как он спит, напоминая себе все причины, по которым я его любила, прежде чем снова задремать. Теперь казалось странным не видеть его энергии, словно её выключили, потому что она была неотъемлемой его частью. Колт, которого я знала с тех пор, как ему было пять лет, неожиданно стал для меня совсем новым.

Я взяла в ванную свою одежду для йоги, почистила зубы, умылась и переоделась, после чего тихо отправилась варить кофе и изучать содержимое холодильника в поисках идей для разнообразного завтрака Колта. Подготавливая продукты для завтрака, я старалась не шуметь, чтобы не разбудить своих любимых, спавших в доме, ведь они находились здесь, чтобы помогать мне, беречь меня и поддерживать.

Но теперь пришло время будить Колта, а я понятия не имела, как это сделать.

Я села на кровать и подалась вперёд. Колт лежал на другом конце кровати, но мне хотелось находиться спереди, а не со спины, чтобы видеть, как он просыпается. Я протянула руку и обвела пальцами его ухо, как делала это много лет назад, когда он раздражался. Злился, услышав, что его мама что-то натворила. Беспокоился и старался не показать этого, когда его отец, напившись, сел за руль и сбил тех детей. Его арестовали, судили и посадили в тюрьму. Моё прикосновение всегда помогало, и в прошлом, когда я так делала, мне казалось, будто я обладаю волшебной силой.

От моего прикосновения Колт открыл глаза и немного перекатился.

— Прости, детка, но час уже прошёл, — прошептала я и улыбнулась ему. — Я приготовлю завтрак.

Я отстранилась и хотела встать с кровати, когда его рука обвилась вокруг моей талии и я полетела назад, удивившись, что моё тело не слушается. Мои ноги оказались в воздухе, спина врезалась в грудь Колта, а зад в его бедро. Потом он положил меня на кровать и навис надо мной, касаясь губами моей шеи и целуя её.

— Колт...

Его ладонь скользнула вдоль моего бока, и он поднял голову, следя за ней взглядом.

— Что это?

Я посмотрела вниз, подумав, что, может быть, пролила на себя кофе. Надо сказать, это было бы не в первый раз.

— Что?

— На тебе надето.

Я подняла глаза обратно на Колта.

— Одежда для йоги.

Он посмотрел мне в глаза:

— Мне нравится.

— Колт...

— Обтягивает, — заметил он, проводя ладонью по ткани у меня на рёбрах.

— Колт...

Его рука двинулась выше, и я втянула воздух, когда он накрыл ладонью мою грудь, скользнув кончиками пальцев по вырезу топа.

— Грудь.

Я не удержалась от улыбки:

— Ты так говоришь, будто никогда раньше не видел грудь.

— Видел, даже твою немножко, малыш. Но ты никогда не была в моей кровати, чтобы я мог рассмотреть поближе.

Была, просто очень давно.

— Колт...

— И потрогать.

Я закатила глаза.

— Прекрасно, — закончил он.

От этого слова я ощутила спазм между ног, но всё-таки напомнила:

— Тебе нужно гоняться за плохими парнями, а мне готовить завтрак, чтобы ты не упал при этом в голодный обморок, так что дай мне встать.

— Я никогда не падал в обморок, Феб, — усмехнулся он.

— Вот и давай не будем начинать сегодня.

Не прекращая улыбаться, он наклонил голову и поцеловал меня. Это было не короткое касание языков, а глубокий и крепкий поцелуй, которым я наслаждалась. Я подняла руку и запустила её в его волосы, чтобы прижать его рот ещё ближе к своему.

Закончив поцелуй, Колт отстранился, разглядывая меня, и его лицо стало серьёзным.

— Нам надо поговорить, Феб.

Чёрт. Он прав. И всё равно я не хотела разговаривать, не сейчас, никогда. Я была готова посмотреть, к чему всё это приведет, готова нести последствия, если всё обернется плохо. Но говорить об этом я не хотела.

— Я закажу столик в «Коста» на сегодняшний вечер, — продолжал Колт.

— В «Коста»? — прошептала я, позабыв, что не желаю разговаривать.

Я уже говорила, что обожаю «Коста», и я не была там уже три года, с сороковой годовщины родительской свадьбы.

Он снова усмехнулся:

— Да.

— Вчера вечером Морри водил туда Ди и детей.

— Я знаю. Морри не тормозит, он поставил себе цель убрать слово «временный» из их временного примирения.

— Я заметила, — ответила я, но думала о нас с Колтом в «Коста».

К походу в «Коста» нельзя относиться легкомысленно. Любой, кто увидит нас там, будет знать, что это свидание, а может быть, подумает, что мы снова вместе. А последние пару дней, каким бы странным это ни казалось, походили именно на свидания. И нет смысла отрицать, что вчера ночью мы с Колтом снова были вместе.

И эта мысль мне настолько понравилась, что плевать я хотела на любые разговоры, которые пойдут в «Коста».

Вместо этого я подумала о другом.

Мне придётся надеть что-то отличное от джинсов и футболки со свитером или кардиганом, а я не носила ничего другого так долго, что даже не помню, есть ли у меня что-то подходящее. И мне не хотелось возвращаться в свою квартиру, чтобы выяснять это.

И тут меня осенило.

Джесси.