Читаем Для тебя полностью

Я не думала о Колте и нашем поцелуе. Я решила думать о том, как хорошо быть с семьёй и друзьями, когда я не цепляюсь за всякое дерьмо и не ощущаю себя мёртвой внутри. Как хорошо смеяться так, что начинает болеть живот. Как хорошо наблюдать за тем, как оживляются лица любимых людей, когда они разговаривают о чём-то смешном или о забавных проделках своих детей. Как хорошо чувствовать себя живой, в отличие от Энджи, Пита и Бутча, у которых больше никогда не будет такого. Как хорошо понимать, что эти моменты драгоценны, а продолжать цепляться за боль — значит терять их, даже если они прямо перед тобой, надо только ухватить.

Наступил вечер, и Ал с Мимс вызвали Джимбо и Джесси сыграть партию в бильярд. Они выпивали на протяжении нескольких часов и теперь шумели громче, чем обычно бывало субботним вечером, а субботние вечера могли быть очень шумными.

Я наблюдала за ними, когда заметила, как Морри подошёл к спинке стула Ди, наклонился и поцеловал её в шею. И я увидела, как сработала магия золотого воскресенья, и Ди наклонила голову, чтобы Морри было удобнее, а не попыталась отодвинуться. Я перевела взгляд на Колта, который тоже видел происходящее, и наши глаза встретились. Мы улыбнулась друг другу, и его улыбка проникла так глубоко в меня, где всё было только моим, куда я не допускала никого, даже его десятилетия назад. Его улыбка просто пронеслась через ворота, которые я заперла, и устроилась там, как будто собиралась остаться навсегда.

Я отвела глаза и подумала, что сейчас самое время нарушить своё главное правило. Я никогда не пила на работе. Если я работала за стойкой, я оставалась трезвой. Морри не соблюдал эту традицию, однако он никогда не напивался, просто время от времени выпивал пива, обычно когда заходил Колт или кто-то ещё из его друзей.

— Ты разрешил Феб выбрать завтрак, теперь моя женщина хочет на ужин пиццу от Реджи, — заявил Морри Колту и хлопнул его по спине. — Чувак, оторви свою задницу со стула и пойдём со мной делать заказ.

Пиццерия Реджи находилась прямо за углом. Реджи был ирландцем, обладал рыжей шевелюрой и чесал свой пивной живот, когда смеялся, а смеялся он часто, в основном над собственными шутками. Даже будучи ирландцем, он делал бесспорно лучшую пиццу в округе. Если вы находились поблизости, как мы, можно было пойти к нему и сделать заказ, и тогда он отправлял своего сына Тони доставить его.

Колт соскользнул со стула. Я держала свой стакан на стойке. Прежде чем уйти, Колт опустил глаза на мою руку и провел по ней кончиками пальцев. Прикосновение было таким мимолетным, что я могла бы подумать, что мне показалось, если бы оно не прошило меня насквозь.

Я стояла и пялилась на стакан в своей руке, пока не услышала, как закрылась входная дверь.

— Феб, — окликнула меня Ди, и я резко подняла голову.

Она смотрела на меня и выглядела счастливой. Я уже давно не видела её такой. Затянувшийся эффект от прикосновения Колта прошёл, и я улыбнулась Ди.

— Спасибо, что дала моему брату второй шанс. — На её счастливое лицо набежала тень, и я тут же пожалела о сказанном. — Чёрт, Ди, извини. Мне следовало молчать...

— Что происходит между тобой и Колтом? — перебила она меня.

— Ничего, — моментально ответила я. — Он помогает мне, он просто вежлив. Сейчас трудное время. Настолько трудное, что мы объявили что-то вроде перемирия.

— Я не много знаю о перемириях, но думаю, что несмотря на название, враги не касаются друг друга руками и точно не попадаются своим родителям во время поцелуя на кухне.

У мамы с папой длинные языки.

Я повернулась к Ди всем телом.

— Ди, милая, не нужно считать это чем-то большим.

— Знаешь, ведь Мелани уехала из-за тебя.

Мои глаза так округлились, что я на самом деле почувствовала, как они расширяются, и подумала, что они вот-вот выскочат из орбит.

— Что?

— Она уехала из-за тебя.

Это не может быть правдой. Я не хочу, чтобы это было правдой.

— Нет, мама сказала мне, что она уехала, потому что не может иметь детей.

— Ты бы оставила такого мужчину, как Колт, потому что не можешь иметь детей?

Я не ответила.

— Мужчину, который выглядит, как Колт? — продолжила она.

Я сделала глоток из своего стакана.

— Мужчину, который ведёт себя, как Колт?

Я многозначительно посмотрела на неё и тихо сказала:

— Ди, вспомни, я оставила...

Она покачала головой.

— Когда ты его оставила, Колт был только в начале пути. Я считаю, что у тебя была причина, но ты держала её при себе. Всё по-честному, и никто не имеет права осуждать. В конце концов, когда вы расстались, сколько ему было? Он был мужчиной, но мы-то, девочки, знаем, что по большей части он ещё оставался мальчишкой. Но теперь он мужчина. Такой мужчина, которого не оставляют из-за какой-то ерунды.

— Невозможность забеременеть — не ерунда, — вступились я за Мелани.

— Да, ты права. Не знаю, что бы я делала без Палмера и Тьюздей. Но если бы Морри остался тем мужчиной, за которого я выходила замуж, если бы он жил ради меня, а не ради бара, мне было бы достаточно.

— Морри не живёт ради бара.