Читаем Для прессы полностью

― Я приехал все объяснить. Ты хотя бы позволишь мне объяснить? ― спросил он.

― Конечно. Вперед, попытайся объяснить мне, как это произошло.

― Послушай, я не хотел, чтобы все так получилось. Я был расстроен, и все закончилось тем, что я начал разговаривать с Каллей о тебе. Она попыталась успокоить меня. Сказала мне уйти в работу. Вот тогда я рассказал ей эту историю. Я не называл твоего имени…

― Уф! Ты падаешь все ниже и ниже, ― пробормотала она себе под нос.

― Все не так. Ты же знаешь, меня не интересует Каллей!

Слова Брейди на счет Каллей и Хайдена эхом пронеслись в ее голове.

― Конечно, все именно так и выглядит.

― Ничего не было, но я рассказал ей твою историю, она отдала ее редактору, не сказав мне. Когда статья была одобрена, у меня не было особого выбора, кроме как смириться с этим.

― Правильно. Пытайся утверждать, что у тебя не было выбора. Делай вид, что ты не причем. Посмотрим, может, сработает, ― сказала она.

― Я все испортил. Прости меня. Я не знал, как тебе сказать. Я хотел это сделать лично, но…

― Но что? ― отрезала она. ― Ты потерял свои яйца, и тебе пришлось все выходные их искать?

Лиз услышала, как из другой комнаты Виктория прыснула от смеха. Это только еще больше разозлило Хайдена.

― Ты серьезно сейчас? ― крикнул он ей в лицо. ― Я пытаюсь извиниться перед тобой. Ты можешь хотя бы на секунду отнестись к этому серьезно?

Лиз подняла брови.

― Если ты еще раз повысишь на меня голос, Хайден Лейн, я обещаю тебе, что ты больше никогда не переступишь порог этого дома. И я не обещаю того, чего не могу сдержать, ― грозно произнесла она.

Безусловно, Брейди оказал на нее свое влияние.

― Прости, ― еще раз извинился он. ― Прости меня. Я не знаю, что со мной.

― Наверное, тебе не терпится покурить, ― бесцеремонно сказала Лиз.

― Что?

― О, ты думал, я этого тоже не знаю?

― Я не курю.

― Вранье. Все вранье. Так ты только проложишь себе дорогу в ад, ― сказала она, качая головой.

― Я не курю! ― сказал он, снова повысив голос. ― Извини. Я не хотел…Почему ты думаешь, что я курю?

― О, да потому что я видела, как ты делал это в октябре, когда выходил из редакции.

― Ты подглядывала за мной?

― Это, кажется, единственный способ заставить тебе говорить правду!

― Я раньше курил, ― признался Хайден. ― Когда я учился в средней школе, другие ребята из команды курили, а я бросил. Но во время стрессовых ситуаций мне хочется покурить.

― И сколько у тебя было стрессовых ситуаций за последнее время? ― осуждающе спросила Лиз.

― Немного, ― сухо ответил он. ― Но я здесь не поэтому. Я здесь, чтобы попытаться все исправить. Как я могу все исправить?

Он развел руками и сделал шаг вперед.

―  Если ты приехал сюда все исправить, то тебе вообще не стоило сюда приезжать. Ты не можешь ничего исправить. Ты совершенно ничего не можешь мне сказать, что бы изменить мое мнение. Ты уже достаточно нанес вреда. Думаю, тебе нужно заняться самоанализом и увидеть, насколько ты облажался с лучшим, что у тебя было в жизни. Как это, знать, что ты сам разрушил свою жизнь? ― спокойно сказала она. ― Надеюсь, Каллей повысят вместо тебя, и она оставит тебя ни с чем. Это будет то, что ты заслуживаешь.

У Хайдена отвисла челюсть, и он только покачал головой.

― То есть я никак не могу это исправить?

― Нет, ― решительно сказала она.

― Ты не подумаешь об этом? ― спросил он, умоляя ее своими большими карими глазами, чтобы она нашла способ как это сделать.

― Я совершенно не вижу, что бы ты мог сделать, чтобы это исправить. Ты растоптал меня. Ты растоптал нас. Все кончено, ― сказала она, ее голос надломился. ― И думаю, ты должен просто уйти.

Хайден кивнул, смирившись со своей судьбой. Когда он открыл дверь, чтобы выйти, он снова повернулся к ней.

― Мне жаль, и я никогда не перестану искать способ, как все исправить.

Дверь за ним закрылась, а Лиз так и не покидала ярость. Эмоционально она чувствовала себя, как после марафона, к которому она никогда не готовилась. Она побрела к дивану и упала на подушки. Она не думала, что продержалась хотя бы еще немного, даже если бы этого хотела. Ее сердце болело, но, по крайней мере, теперь она знала одно: у нее по-прежнему был Брейди.

Виктория бросилась в комнату.

― Он ушел?

― Да, только что, ― пробормотала Лиз. ― Мне не верится, что я это все сказала. Не верится, что все действительно  кончено.

― Мне тоже, но этот ублюдок заслужил каждое слово. Так…что произошло?

― С Хайденом? Разве ты не слышала? ― спросила Лиз.

― Нет! С парнем, с которым ты ушла в пятницу. Я слышала, что ты заходила домой, но потом снова с ним ушла. Он хорош? Ты была в секс-коме? Почему ты не отвечала на свой долбанный телефон, стерва! ― сказала Виктория, слегка толкая ее в руку.

― А, Клэй. Нет. Я не спала с ним. Мы уже были знакомы, когда я уходила с ним.

― Это нечестно! Я так не играю.

― Он – брат Брейди, ― со вздохом сказала ей Лиз.

― Ты ушла, чтобы переспать с братом Брейди! ― ахнула Виктория.

― Ну…сначала да.

― Вот дерьмо! Я недооценила тебя. Мое предложение о сексе втроем уже не в счет.

― Вчетвером, ― пробормотала под нос Лиз.

― Ты еще пошлее, чем я!

Лиз покачала головой.

― Это невозможно.