Главный лагерь Освитц (позже Главный лагерь «Туркестан») был организован в марте 1942 г. на территории бывшего лагеря нацистской молодежной организации «Гитлерюгенд» как филиал лагеря в Зандберге. Освитц находился в 8 км от Бреслау. К июню 1942 г. в нем находилось 300 русских активистов. В мае у них начались занятия. Активистам преподавали текущую политическую обстановку, новую экономическую политику, национал-социализм, экономику Германии, преступления большевизма, методы разведки и контрразведки, способы антисоветской пропаганды, методы диверсии, радиодело. С мая по октябрь 1942 г. через лагерь прошло более 3000 агентов[138]. В августе 1942 г. лагерь был преобразован в Главный лагерь для подготовки агентов из национальностей Средней Азии. В этой школе обучалось около 150 агентов. Обучение агентов шло медленно и недостаточно успешно, поэтому большая группа агентов была возвращена в предварительный лагерь в Воломин, а первая заброска слушателей школы была проведена лишь в мае 1943 г.[139] В конце апреля 1943 г. школа была переведена в город Осипенко и стала туркестанским отделением войсковой школы главной команды «Руссланд-Зюд». Слушателей школы выбрасывали с диверсионными заданиями в районы Астрахани, Гурьева и на территории Туркестанской и Узбекской ССР. В августе 1943 г. на территории лагеря стали готовить русских агентов. В сентябре 1943 г. туркестанская школа была отправлена в Германию, в район Бреслау, где размещалась в Зандберге и Освитце. К лету 1944 г. школа была переведена в г. Тепель, а затем в Мариенбад. Руководил школой гауптштурмфюрер СС Гейнц Феннер.

Таким образом, для подготовки диверсантов и разведчиков в рамках «Цеппелина» немцами была выстроена громоздкая и сложная структура лагерей, школ и команд. Как верно отмечает канадский исследователь Перри Биддискомби, в конце 1942 г. немцы оказались просто не способны работать с таким количеством агентов и отправлять их за линию фронта, ведь единовременно в процессе обучения находилось 10‒15 тыс. агентов, а 2‒3 тыс. агентов были готовы к заброске[140].

В 1944 г. агенты «Цеппелина» в советском тылу вели интенсивный радиообмен с главной радиостанцией органа в Хавельском институте. В день от них приходило от 4 до 7 тыс. слов[141], но вопрос, сколько из этих слов было написано под диктовку советских спецслужб, все еще остается открытым.

В конце 1944 г. немцы начали вывод всех подготовительных учреждений «Цеппелина» на территорию протектората Богемия и Моравия. Основным местом дислокации для лагерей был избран район Мариенбада, а агенты распределены по пяти филиалам. Здесь общее руководство лагерями осуществлял штурмбаннфюрер СС Лумм (встречается и написание Лунн).

«Цеппелин» и инициатива комбрига Бессонова

26 августа 1941 г. немецким войскам в Гомельской области добровольно сдался в плен командир 102-й стрелковой дивизии РККА комбриг Иван Георгиевич Бессонов (1904‒1950), накануне Второй мировой войны он возглавлял отдел боевой подготовки Главного управления погранвойск НКВД, но в 1939 г. был переведен в РККА[142]. Бессонов активно участвовал в борьбе с белой эмиграцией, занимался доносительством на сослуживцев, в общем, был человеком малоприятным. После сдачи в плен Бессонов дал пространные показания, сразу пошел на сотрудничество с немцами и был отправлен в Хаммельбургский офицерский лагерь. В лагере Бессонов активно участвовал в работе кабинета военной истории, готовившего сводки о РККА для немцев, позже пленный комбриг возглавил Народно-российскую партию социалистов-реалистов. Марксистская партия не получила широкого отклика среди военнопленных, но активность коллаборациониста была замечена СД, и его привлекли к сотрудничеству.

Весной 1942 г. Бессонов и его соратники перебрались в лагерь «Цеппелина» в Бухенвальде, сменив название своей организации на Русскую народную партию реформистов. Бессонов же использовался немцами для провокаций — подсаживался к попавшему в плен Якову Джугашвили (сын Сталина) в Заксенхаузен, писал письмо начальнику Генерального штаба РККА генерал-полковнику А.М. Василевскому[143].

Карта района города Бреслау с указанием местечка Освитц

На послевоенных допросах Бессонов показал, что в июле 1942 г. «согласно полученных мною указаний от сотрудников «Цеппелина» — Шмидта[144] и Редера[145], я организовал так называемый Политический центр борьбы с большевизмом (ПЦБ), в состав которого вошло до 130 участников из числа завербованных мной и моими эмиссарами в лагере военнопленных Хаммельбург и Тильзит, а также включенных в ПЦБ завербованных Шмидтом для антисоветской деятельности бывших военнослужащих Красной армии.

Внутри ПЦБ создал штаб, который под моим руководством разработал все материалы по повстанческо-диверсионной операции в глубоком советском тылу»[146].