Читаем Диверсанты СС полностью

При выполнении заданий очень многое зависело от агентов. Грефе предлагал использовать следующие резервуары для ее пополнения: «Агентура подбирается главным образом из числа военнопленных. Опыт работы по опросу военнопленных показал, что здесь имеются большие возможности при соответствующем подборе и обработке. Но и в среде гражданских лиц оккупированных районов, как показал опыт, имеются лица, готовые выполнять такую работу. В отдельных случаях могут также быть использованы особенно активные и надежные лица из эмигрантов»[73].

Руководство организации условно делило антисоветскую работу на три основные фазы: «1. Подбор агентуры в лагерях военнопленных и из числа гражданского населения.

2. Обучение и закрепление, затем проверка в специальных лагерях. Как правило, подготавливаемые разбиваются на четыре группы по национальному составу: русские, кавказцы, тюркские народности и казаки.

3. Сама переброска производится через лагеря с отобранной агентурой специальными путями через линию фронта или путем переброски с самолета, сюда же относится встреча после возвращения с задания и новое направление на работу»[74].

Весной 1942 г. началось создание «Цеппелина». При каждой Оперативной группе[75] (Einsatzgruppe) полиции безопасности и СД на советско-германском фронте была создана особая команда «Цеппелина». Особая команда при ОГ А была сформирована в апреле 1942 г., штаб-квартира команды располагалась в Гатчине, а ее командирами являлись гауптштурмфюреры СС Лютер Фендлер (апрель ‒ октябрь 1942 г.), Мартин Курмис (с октября 1942 г. по март 1943 г.), Аркадий Николаевич Кочубей (март ‒ апрель 1942 г.). В апреле 1943 г. подготовленная агентура была направлена в особый лагерь Зандберг, а в июне 1943 г. команда была переформирована во внешнюю команду 1[76].

Особая команда при ОГ В была организована в марте 1942 г. в Смоленске, при команде были образованы приемный лагерь и переправочный пункт в совхозе Высокое в 12 км от Смоленска. В апреле 1942 г. в лагере находилось 25 агентов, а руководил им унтершарфюрер СС Квоос, осенью 1942 г. лагерь был переведен на окраину Смоленска. В апреле 1942 г. при команде был организован второй приемный лагерь в г. Сычевка Смоленской области. В команду также прибывала агентура, прошедшая обучение в школе в местечке Яблонь под Люблином. Подготовленная агентура забрасывалась самолетами со смоленского аэродрома в направлении Москвы и других городов РСФСР. В ночь на 6 октября 1942 г. особая команда забросила группу диверсантов из четырех человек в районе г. Хвалынск Саратовской области. Все члены группы прошли подготовку в разведшколе в м. Яблонь и являлись членами Боевого союза русских националистов. Группа была задержана при помощи местных жителей. На допросе диверсанты показали, что перед ними были поставлены задачи: осесть в районе Куйбышев ‒ Старая Майна, начать вербовку антисоветского элемента, собирать сведения о РККА и оборонных предприятиях, проводить диверсии, вести антисоветскую пропаганду, готовить антисоветские восстания и теракты против партийного актива, размножать на шапирографе антисоветские воззвания и листовки и распространять их среди населения, регулярно информировать центр о проводимой работе по радиопередатчику[77]. Следствие отмечало неискреннее поведение диверсантов, и уже 2 декабря 1942 г. они были осуждены по ст. 58–16 УК РСФСР к высшей мере наказания Особым совещанием при НКВД СССР. Весной 1943 г. команда была расформирована, а часть личного состава и агентуры была передана в главную команду «Руссланд-Норд». Командой руководили гауптштурмфюрер СС Карл Битц (март — октябрь 1942 г.), оберштурмфюрер СС Мендвик (октябрь — ноябрь 1942 г.), гауптштурмфюрер СС Эрвин Закут (с декабря 1942 г.).

Особая команда при ОГ С была организована в апреле 1942 г., с мая 1942 г. она размещалась в Киеве, а в декабре 1942 г. переехала в Харьков. Начальником команды был штурмбаннфюрер Герхард Гоинс. 25 ноября 1942 г. командир особой разведывательной группы люфтваффе капитан Гартенфельд остановил вылеты в тыл РККА из-за ухудшавшихся погодных условий вплоть до марта 1943 г., что заставило Вальтера Шелленберга жаловаться Гиммлеру[78].