Читаем Дитя Дракулы полностью

Дитя Дракулы

– Два письма, мэм, которые я считаю правдивыми и которые, надеюсь, смогут нам помочь.

– Что в них сообщалось?

Мистер Эмори полез в карман своего несколько поношенного, но опрятного сюртука и достал два сложенных листа бумаги.

– Вот они, мэм. Можете сами прочитать[56].

Письмо миссис Элизабет Драббл – мистеру Эмори

Без даты

Уважаемый мистер Эмори! Прочитала Ваше объявление в газете, и сдается мне, я видала Вашего человека. Я служу кухаркой в одном из больших домов в Или и в пятницу перед Рождеством направлялась из своего маленького коттеджа в особняк, чтоб выполнить свои вечерние обязанности. Уже смеркалось, и я шла через пустырь рядом с болотами, это кратчайший путь.

Там-то я и повстречала, как мне кажется, Вашего человека. Сперва приняла его за обычного бродягу, такой у него был досужий и потерянный вид. Но приблизившись, увидала, что одежда на нем больно хорошая для голодранца и манеры слишком уж изящные. В остальном он выглядел в точности, как Вы описываете.

Когда мужчина остановил меня, я испугалась, что он попросит денег, которых у меня с собой не было. Он казался взволнованным и растерянным, но также еще и испуганным. Хотя в конечном счете только и спросил, знаю ли я дорогу в Уайлдфолд.

Торопясь поскорее закончить разговор, я сказала, что слыхала о таком городке, но, насколько мне известно, он находится в Норфолке (вроде бы неподалеку от Кромера) и путь до него долгий, через полграфства лежит.

Мужчина поблагодарил меня и как будто хотел задать еще вопрос, но что-то в его глазах напугало меня, и я поспешила своей дорогой.

Один раз я оглянулась и увидела, что он не сдвинулся с места, а так и стоит где стоял.

Без малейшего смущения признаюсь, что больше я тем путем не ходила. И больше никогда человека этого не видала. Надеюсь, мое письмо окажется полезным вам. Я христианка и молюсь о душе этого несчастного.

Искренне Ваша

миссис Э. Б. Драббл

Письмо Хораса Баринг-Смита – мистеру Эмори

Без даты

Уважаемый сэр! Недавно мое внимание привлекло Ваше объявление касательно нынешнего местонахождения известного лондонского специалиста, доктора Сьюворда. Хотя я не могу утверждать с уверенностью, что именно он был тем путешественником, которого я встретил при исполнении своих обязанностей вскоре после Рождества, меня нисколько не удивит, если выяснится, что так и есть.

Мое имя наверняка Вам незнакомо, чего, конечно же, нельзя сказать о моих звании и профессии. Я станционный смотритель и служу на железнодорожном вокзале города Нориджа. Должность у меня ответственная, обязанности мои многочисленны, и я отправляю их со всей подобающей серьезностью, не забывая при этом сохранять дружелюбные и общительные манеры, которые позволили мне подняться к вершине моей профессии.

Именно как к станционному смотрителю ко мне обратились, когда я патрулировал платформы в неустанном поиске людей, кому нужна моя помощь и опыт (а также менее желанных персонажей, которые норовят использовать наш вокзал для укрытия от непогоды, попрошайничества, а то и чего похуже).

Вскоре после полудня ко мне подошел мужчина весьма растрепанного вида, но тем не менее соответствовавший описанию, распространенному вами посредством газеты. Помню, он сразу произвел на меня впечатление человека высшего разбора, который – без сомнения, не по своей вине – попал в полосу неудач.

Он вызвал у меня острую жалость, и мне все равно, если кто-нибудь сочтет меня излишне мягкосердечным из-за такого моего признания.

Деньги у него были, ибо он сжимал в руке фунтовую банкноту, да так крепко, будто это цыганский амулет.

– Не подскажете ли, милостивый сэр, как мне добраться поездом до Уайлдфолда? – спросил он.

– До Уайлдфолда, сэр? – отозвался я добродушным и терпеливым тоном. – Вам надобно сесть на поезд до Кромера, сэр, который скоро отбывает с третьей платформы. Ваша остановка – тринадцатая по счету.

Я извлек из кармана большой старомодный хронометр, дабы с ним свериться. Это дорогой моему сердцу подарок отца (человека порядочного и умного, даром что малообразованного).

– Семь минут, сэр, – сказал я. – Столько времени у вас осталось.

Незнакомец горячо поблагодарил меня. Это мне понравилось, ибо к людям моего звания отношение далеко не всегда вежливое. Он оставил меня и зашагал прочь. Что-то побудило меня последовать за ним, и я увидел, как он идет на третью платформу и садится в поезд, который пыхтел и шипел, готовясь к отправлению.

Затем этот господин исчез из моих глаз и из моей жизни.

Сердцем чую, то был доктор Сьюворд, и надеюсь, мои показания существенно помогут Вам в розысках. Разумеется, если бы Вы сочли возможным упомянуть мое имя в любом Вашем будущем рассказе о ходе поисков, я был бы глубоко Вам признателен.

Засим остаюсь, сэр, Ваш покорный слуга

Х. Р. Баринг-Смит