Читаем Диссиденты полностью

Пожалуйста, иногда вспоминай об этом и пиши почаще <…> И приезжайте, пожалуйста, приезжайте снова, сколь возможно скоро, чем скорее, тем лучше!

Но перейду к более общим проблемам, за которыми последуют и конкретные просьбы о помощи. Оттепель во внешней политике, медовый месяц Москвы и Бонна, как и надвигающееся политико-экономическое братство с Дядей Сэмом <…> приведет во внутренней политике к новым волнам холода, которые, правда, куда хитроумнее прежнего будут завуалированы «либеральными» жестами. Так, например, на Украине выносят все новые и новые жестокие приговоры – литераторы Иван Дзюба – пять лет лагерей, семь лет ссылки; Иван Светличный – семь лет тюрьмы и лагерей, пять лет ссылки, Євген Сверстюк то же; первые двое были в списке кандидатов в PEN-клуб (как и двое переводчиков, Микола Лукаш, переводчик «Фауста», и Григорий Кочур – переводчик Бодлера, Шиллера, Рильке; они еще на свободе, но Лукаш уже исключен из Союза писателей). Генерал Григоренко уже четыре года в одиночной палате в сумасшедшем доме, он наполовину ослеп, Буковский жестоко страдает, это называется «голодная диета», тяжелый труд, изоляция…

В то же время нескольким сотням человек разрешили выезд в Израиль – или же, под этим предлогом, куда-то еще. Синявскому пообещали, что он с семьей поедет во Францию.

Пётр Якир и Виктор Красин, – два мелкотравчатых «предводителя диссидентства», которым искусные тактики из госбезопасности с помощью жадных до сенсаций зарубежных корреспондентов и легковерных юных искателей правды помогли занять эту роль, – теперь активно каются, проклинают ошибки, которые совершили они и их друзья, – практически деморализуют всех, кто пытался действовать коллективно и избежать конформизма. Если последует процесс, то есть если не будут выполнены обещания, с помощью которых их склонили к капитуляции, это будет отвратительное, постыдное разбирательство, к которому постараются привлечь и прочую, да и какую только можно оппозицию.

В этих случаях пыток не было, как не было и «химического», т. е. гипнотического воздействия, все как обычно; покаяние и отречение ото всех взамен на свободу или краткосрочную ссылку, а иначе – тюрьма и колония строгого режима на много лет, выбор такой: «ваши коллеги Чалидзе, Есенин-Вольпин, Медведев и прочие развлекаются на западе, а вы должны за них страдать?!» Чтобы противостоять таким испытаниям, нужно иметь характер, идеалы, определенную моральную (нравственную) основу и уважать самого себя; у этих персонажей ничего этого нет. Да и откуда бы? Дети из высокопоставленных семей (Якир – сын генерала Гражданской войны, начальника военного округа, родители Красина – старые партийные функционеры), после ареста родителей они «воспитывались» в лагерях среди криминалитета, выучили там звериные «законы беззакония». В хрущевские годы они рассчитывали сделать карьеру как анти-сталинисты, кичились своей биографией, а потом прибились к оппозиции.

Они не были наемными агентами, как некоторые думали раньше и говорят сейчас, но люди из госбезопасности, действительно, искусно ими манипулировали, намеренно прибегая к помощи настоящих провокаторов и непреднамеренно – охочих до сенсаций зарубежных корреспондентов и доверенных лиц, охотно видевших в них отважных предводителей и громогласно славивших их перед «мировой общественностью» как уважаемых основателей нового «демократического движения». И госбезопасность этот раунд выиграла: жалобный отказ этих «диссидентов», предавших и втянувших в эту грязь еще и несколько друзей, дискредитирует и все понятия и идеалы, за которые они выступали, – права человека, демократия, толерантность, свобода слова и прессы – «посмотрите сами, кто выступал за все это, сами видите, что они делали это за деньги (из-за рубежа), что все, что они проповедовали, лишь пустая болтовня или коварная ложь» и так далее и тому подобное… Именно таким способом хотят добиться того, чтобы все забыли действительно страдающих Амальрика, Григоренко, Буковского.

Многие из бывших «сочувствующих», либерально настроенных интеллигентов теперь позволяют себя таким вот образом отвлечь. Проще говоря, у нас невозможна какая-либо оппозиция, ей манипулирует государство до полного вырождения; некоторые уезжают за границу, другие – в тюрьму, а те, кто не хочет – или не может – эмигрировать, больше не верят, что есть цели и идеалы, ради которых можно пожертвовать свободой, несколько приземленным существованием с семьей, новой квартирой, дачей, с видом на турпоездки в Париж, Рим или, на худой конец, Будапешт, Софию, спокойным досугом у телевизора или же воплощением мечты, собственным автомобилем!!! И в лучшем случае – честным трудом, плодотворной работой в науке, технике, литературе, искусстве, образовании…