Читаем Диско полностью

Я могу ночью бежать на улицу и до потери голоса кричать в пустоту – и ты не придешь ко мне. Не придешь, будто это совсем невозможно, будто ты умер давно, а я не могу допроситься призрака. Я любила тебя за одни глаза, а потом словно отняли… А мне бы еще хоть раз свободы от твоей звездности и чистого поцелуя!

Так зачем же я люблю тебя?

И как мне любить тебя, всеми любимого, которого я не видела ни разу в жизни? Но как тебя забыть? Как отдать другой? Почему – отдать? Я не могу без человека, у которого обычное имя Мигель, обычная фамилия Мартинес, обычные черные глаза, обычная испанская внешность… Я не хотела, просто совпало… Мне дерет плоть, когда я думаю о тебе, мне дерет душу, когда я смотрю на тебя, во мне уже рождается твой ребенок. Да ты и сам воспитал меня, как ребенка, ты сваял из меня женщину… свою женщину! Я вдруг перестала принадлежать родителям, как раньше, я могу бросить все и иногда просто хочу так и сделать! Ты дал мне новую жизнь и именно ты (и никто другой) убедил меня в том, что я могу родить новую жизнь!

Я стала другой, стала взрослой вдруг. Закрываю глаза и вмиг уношусь на полвека вперед и иногда просто ужасно! – будто с каким-то грузом возвращаюсь назад. О, я бы наверное уже давно не была девственницей, я бы прожила жизнь в одном сне… Уже пять раз умирала и все время сваливаюсь откуда-то в ту же реальность, в тот же возраст… Что такое мужчина, кто бы знал! Мужчина – это слишком многое, чтобы сказать, будто он не нужен… Это даже не мамин мужчина, это мой мужчина… Мой! Это значит, я стала плохой девочкой. Я могу быть твоей фанаткой и даже имею на это право – никто мне не запрещал. И женой твоей мне тоже никто не запрещал быть! Но я почему-то тебе никто. И нет ответа. И все пусто. И ты, может, сейчас так же одинок, как я, но даже после смерти не узнаешь, что я отдавала тебе сердце, а вместо тебя забирали его пустота и полное ничто…

Так зачем я люблю, кто скажет?!

… Даже зима здесь будто игрушечная – теплая, ласковая, приятно покалывающая холодком от окна. Я словно выше всего, что происходит, выше всех ощущений – кроме одного… Неужели я в самом деле начала завоевывать мир? Может быть, все так оттого, что он теперь ближе? Но ведь какой это стресс!

Не со мной мое сердце, далеко дом, я – словно странник, лишь на секунду замерший среди океана; один только миг покоя, когда буря делает новый разворот – и снова мчимся, гордые в своей безысходности, все человеческое растеряли, мораль и чувство меры, одно лишь страдание возвращает к реальности. А была зима и снег, и холод, и метель – и полный отстой. И я возвращалась из лицея, как с вечной каторги, и не хотелось учиться, и жить временами – тоже… Но все-таки ходила и училась, все сдавала и носила в себе это горячее, больнючее сердце… И ты бы знал, сколько раз мне хотелось найти тебя в метели. Появился бы вдруг, как знакомый, и я бы просто прижалась к тебе, не говоря ни слова…

Очень много писем осталось у меня с прошлогодней зимы. Я адресовала их Мигелю, а отдавала Анне. Теперь они вдруг находятся – в самых разных тетрадях. Древние рукописи, ужасная боль чьей-то сентиментальности. Это была та девчонка шестнадцати лет, которая теперь – я… именно я. Эй, я уже в Англии! Что бы ты тогда на это сказала?!

«Слушаю песни… и пока я их слушаю, спускается темнота, так незаметно – в комнате полумрак, а небо за окном все еще голубое. Но это минут на пять!..

Ты знаешь, что-то случилось со мной! Нет, я не сумасшедшая, я почти не плачу… Подхожу к окну и вижу луну, которая еще на себя не похожа – смахивает на какую-то планету. Она повернута ко мне боком, с одной стороны – темная, а с другой освещена солнцем… Нет, она не светится, просто видно, что на ней солнечное пятно. А самого солнца я не вижу: сейчас оно не со мной, оно сейчас с тобой. Но ты не видишь луны, потому что она скрыта в лучах. Так что мы все-таки разделены, наши взгляды не могут пересечься на одном предмете. Но я увидела кусочек твоего мира – это светлое пятно луны, которое сейчас находится над твоей головой. Ты стал мне будто ближе – не знаю, что же такое произошло, но ты мне ближе. Отхожу вглубь комнаты – как же быстро темнеет.

Люблю темноту теперь – видно красную лампочку от магнитофона, она светится, я на нее смотрю. За окном зажглось много разноцветных огней, они расплываются, мне режет глаза, но я смотрю на них. Только сейчас почему-то поняла, что всегда любила эти огни. Однажды, лет пять тому назад, ехала в машине с мамой и папой вечером по городу, кругом были огни – и у меня возникло чувство, что я в кого-то влюблена.

Вчера из автобуса опять увидела луну с темной и светлой стороной. Я сидела, теребила собачку на рюкзаке, она висит на кольце – и вот это кольцо наделось мне на палец… Нет, я не плачу – не из-за чего, ведь правда? Я знаю, что должна получить золотую медаль! Может быть, это ты? Пока ты жив, ты мой, что бы ни случилось! Я знала, что иду к пропасти, но все еще иду – как к судьбе…