Читаем Директора полностью

Одеон. Когда я спрашиваю Шатле, как дела у американцев с инфракрасными датчиками, я бы предпочел получить ответ по существу, а не слушать всякую похабщину про женщин.

Данфер. Ну-ка расскажите, расскажите.

Одеон. Вас это интересует?

Данфер. Меньше всего на свете. Спрашиваю просто, чтобы знать, что он вам сказал, вот и всё.

Одеон. В общем, он довольно груб… и любит провокации, вам не кажется?

Данфер. О, да, совершенно согласен… и что дальше?

Одеон. Дальше ничего, абсолютно ничего.

Данфер. То есть?

Одеон. Ну, всякие вольности относительно дам. Невыносимо.

Данфер. Каких именно дам? Секретарш?

Одеон. Невыносимо.

Данфер. О своей секретарше что ли?

Одеон. Нет, о Гренель… Ей богу, это не слишком интересно.

Данфер. Нет уж, пожалуйста. Что же он вам сообщил по этому поводу?

Одеон. Точно не припомню…

Данфер. Уж, конечно, всякие глупости.

Одеон. Да, глупости, как вы говорите.

Данфер. Какие именно глупости?

Одеон. Вчера вечером мы вышли вместе, чтобы поговорить по одному из пунктов контракта, и, когда я его спросил, как обстоит дело у американцев с инфракрасными датчиками, он ответил, что лучше спросить об этом у Гренель.

Данфер. А дальше?

Одеон. Он совершенно не желал говорить о контракте, он хотел говорить только о Гренель.

Данфер. А дальше?

Одеон. Он сказал, что костюм у нее — облегающий, как никогда, и что самое время этим воспользоваться и, кстати, если она и впредь будет носить такого рода шмотки, он укусит ее в задницу прямиком в коридоре, не отходя от кассы. Как вам подобный уровень?

Данфер. Он в самом деле так сказал? Кроме шуток?

Одеон. Невыносимо.

Данфер. Но как он произнес дословно?

Одеон. Послушайте, я только что вам это сказал и повторять не намерен.

Данфер. Да, да, понимаю. Так и ляпнул: «прямиком в коридоре, не отходя от кассы»?

Одеон. Думаю, да… или что-то в этом роде… неважно, в конце концов.

Данфер. Знаете, он, как бы это сказать, несколько зациклился на заднице.

Одеон. Невыносимо.

Данфер. Ой, ой, ой… Прямиком, не отходя от кассы. Занятное выражение, правда?

Одеон. Не знаю.

Данфер. Что же, по- вашему, он хотел этим сказать? «Прямиком, в коридоре, не отходя от кассы» … на глазах у всех?

Одеон. Невыносимо.

Данфер. Вы хотите сказать — укусить ее на ходу! Ой, ой, ой…

Одеон. Ладно… Шатле — человек, в профессиональном плане вызывающий уважение, весьма компетентный, его акции оцениваются высоко. Жаль только, что в жизни он какой-то… бестолковый, я бы сказал.

Данфер. Во всяком случае, не премините, если понадобится, сыграть с его акциями на понижение. А вот коэффициенты снижать поостерегитесь, ниже уже некуда.

Одеон. Вот как!

Данфер. Могу ли я позволить себе дать вам один совет…

Одеон. Да, да, конечно!

Данфер. Мне кажется, вы можете поднять до 45 %.

Одеон. Так много?

Данфер Разумеется, и даже больше.

Одеон. 45 % — это много… я предполагал не выше 37, 38. Вы уверены?

Данфер. Конечно! Если понизить, то возможно заполучить контракт, но зато велики финансовые потери.

Одеон. Я знаю, что Берси не может позволить себе остаться в убытке в такой огромной сделке… но боюсь и завышать, чтобы не потерять конкурентоспособность рядом с американцами.

Данфер. Я сказал вам об этом, потому что слышал, как Берси говорил то же самое.

Одеон. 45 %… надо подумать.

Входит Гренель

Гренель. Добрый день, господа. Берси приехал, я видела его машину на стоянке.

Одеон. Добрый день.

Данфер. Добрый день, Мишель.

Одеон. Ладно, я ушел (Одеон уходит).

Данфер. Гм… ваш отъезд на следующей неделе остается в силе?

Гренель. Нет, я решила не ехать… слишком много работы. А вы?

Данфер. Эээ…право, не знаю… еще не решил. Не знаю, собираюсь ли я поехать… У меня проблемы с финансовым отделом…из-за Одеона.

Гренель. Одеона?

Данфер. Да, Одеона. Мне кажется, он теряет реальность.

Гренель. Серьезно?

Данфер. Мне кажется, он может погубить проект… Он слишком напирает на коэффициент…

Гренель. Заботится о прибыли.

Данфер. Да, но для него важно лишь одно: чтобы контракт признали выгодным, и он собирается поднять до 45 %…

Гренель. Глупо, так можно проиграть.

Данфер. Ему важен лишь его личный подвиг.

Гренель. Наши подразделения не могут развернуться на такой основе! Надо, чтобы он это учитывал.

Данфер. Лично меня его действия раздражают.

Гренель. Вы с ним говорили? Он знает ваше мнение?

Данфер. Разумеется, но он принял в штыки мои замечания. Он убежден, что прав. Говорить с ним бесполезно. Не знаю, что ему так ударило в голову, может быть обед с Монпарнасом во вторник, но он наглеет.

Гренель. Могу с ним поговорить, если хотите… Он ведь нам не начальник.

Данфер. Осторожней, он ведь любимчик Монпарнаса.

Гренель. Вы полагаете, что это что-то меняет?