Читаем Диктатура полностью

По важному соглашению 1619 г. особенно ясно видно, что заключительная часть операции уже не зависела от указаний операции. В те времена само собой разумелось, что императору не обязательно было командовать войском, применяемым для исполнения государственных решений. Уже во время Грумбаховых распрей курфюрст Саксонский, руководивший военной операцией, по большей части назывался только командующим и тем отличался от комиссаров императора. Хотя при «переподчинении» сословий новому сюзерену, каковое в прочих случаях всегда поручалось комиссарам, он и действовал как комиссар, однако так не именовался[165]. В богемском походе герцог Максимилиан Баварский выступал в качестве императорского комиссара главным образом тогда, когда от имени императора принимал присягу у покоренных городов и сословий или отряжал для ее принятия комиссаров низшего ранга. Присяжный комиссар, многократно появлявшийся в ходе Тридцатилетней войны, был типичным комиссаром по делам, поскольку не имел полномочий принуждать к присяге. Военное главнокомандование, директорий, со всей четкостью отличается от политических полномочий. На переговорах в лиге герцог Максимилиан подчеркивает: то обстоятельство, что он является военным предводителем союза и главой (capo) союзных войск, конечно же, никоим образом не наделяет его превосходством или главенством над другими сословиями и не дает никаких новых прав[166]. Здесь тоже проявляется убежденность в том, что военная операция вместе с ее руководством есть только via facti, фактическое действие. Как таковой военачальник не осуществляет никаких суверенных прав, а потому и не является комиссаром, ведь помимо вверенной ему военной юрисдикции в отношении собственных солдат он не имеет никакой власти, направленной вовне, против подданных государства или правительств других стран. К такому воззрению неминуемо вели правоотношения наемного войска. Военачальник. командующий полком. служит назначившему его государю. В качестве носителя государственного авторитета ему бывает придан комиссар. сначала для осуществления надзора, а затем и для того. чтобы заставить считаться с этим авторитетом внешних противников. Там. где предводитель войска является одновременно и комиссаром (как. например, в исполнительной комиссии против Богемии). обе эти функции можно с легкостью отличить друг от друга. Вследствие этого войсковой главнокомандующий как таковой уже не именуется комиссаром. хотя как раз военная операция и составляет типичное содержание поручения. выполняемого комиссаром действия. Однако в Германии этот разрыв между армейским командованием и правлением как утверждением государственного авторитета становится заметен только в XVII в. Судя по согласительному письму императора Максимилиана I, писанному в 1508 г… солдаты еще должны были давать клятву что «жизнь их находится в распоряжении и отдана в услугу именитому князю и т. д… действующему вместо и от имени его императорского Величества, как его благороднейшему комиссару и воеводе» (daß sie an statt und im Namen dero Kayserlichen Majestät dem namhaften Fürsten usw. als ihrem fürnehmsten Commissario und Heerführer zu Gebote und Dienste leben)[167]. Таким образом. хотя в этом согласительном письме проводится различие между военными князьями и военными чиновниками. князь все еще называется комиссаром, а комиссар все еще не отличается от военачальника. Даже в таких назначениях, как назначение Валленштейна 21 апреля 1628 г… более подробно рассматриваемое ниже. комиссарский характер поста верховного главнокомандующего отчетливо виден из постоянно повторяющихся напоминаний о том, что все его распоряжения должны иметь такую же силу какую имеют распоряжения самого императора. Но в случае наемного войска авторитет в отношении солдат и авторитет в отношении подданных вообще никак не связаны между собой. Этим объясняется то, что позднее наименование «комиссар» стало применяться, скорее, как антитеза власти военного командования, для обозначения функций, связанных с административно-хозяйственными войсковыми службами, с доставкой провианта, вооружением, врачебным освидетельствованием и т. п. Солдат клянется в повиновении князю и назначаемым им генералам, полковникам, офицерам командования и т. д. Наряду с этим в некоторых согласительных письмах упоминается также, что он обязан оказывать уважение и повиноваться комиссарам в рамках их комиссионного поручения. Под такими комиссарами понимаются не военачальники, а административно – хозяйственные комиссары[168].