Читаем Диктатура полностью

Война и восстания внутри страны во многих случаях вели к тому что общины учреждались как самостоятельные союзы и отряжали собственных комиссаров. Здесь представитель Конвента, как репрезентант центральной власти, противостоял местной и провинциальной самостоятельности и самоуправлению и уничтожал их и всякое «посредующее» осуществление государственного суверенитета[322], подобно тому как он уничтожал врагов республики. Акционный характер комиссионного поручения этих представителей явственно проступает всюду. Многочисленными революционными декретами целые категории граждан государства были объявлены врагами отечества (декреты от 27 жерминаля II г., от 23 вантоза II г., резюмирующий декрет от 22 прериаля II г.). Не только дворяне, отказавшиеся от присяги священники и их приверженцы, не только ростовщики, спекулянты и распространители ложных сведений, но и вообще все, кто потворствовал «испорченности граждан» (corruption des citoyens) и «разрушению власти и общественного здравомыслия» (subversion des pouvoirs et de lesprit publique), объявлялись врагами отечества и наказывались смертью. Вследствие этого они были лишены какой бы то ни было правовой защиты и стали объектом действия. руководствующегося только политическими целями. 16 августа 1793 г. Конвент объявил решение администрации одного департамента, в силу которого было приостановлено исполнение одного из распоряжений представителей. покушением на народных представителей и пригрозил всем чиновникам, которые медлят с выполнением распоряжений представителей. десятью годами каторги (Duvergier, IV, 120). Таким образом все существующие органы власти стали инструментом в действиях представителей. В этом заключался переход всех действующих полномочий – с которым. однако. было связано еще более далекоидущее полномочие представителей – принимать все меры. требуемые сообразно с положением дел, причем оглядка на какие бы то ни было права политического противника (а политическим противником считался каждый. кто вставал на пути) согласно революционному законодательству уже не расценивалась как помеха. На этих двух элементах базировалась диктатура представителей. представлявшая собой комиссарскую диктатуру в рамках суверенной диктатуры Национального конвента. Революционные трибуналы былщ конечно же. чрезвычайно эффективным дополнением на тот случай, если положение дел допускало видимость юридической процедуры, т. е, если политический противник был арестован и было время на то, чтобы подвергнуть его ориентированному на определенную цель судопроизводству, которое даже при самой ускоренной процедуре тоже ведь отнимало какое-то время. Тогда само осуждение становилось средством для достижения революционной цели, оно было призвано обезвредить приговоренного и в то же время использовать его как объект «наказания», действующего в качестве образца, т. е. для устрашения и запугивания противника.