Читаем Дикий огонь полностью

Он вытащил из кармана чёрную прямоугольную коробочку и открыл её. Внутри лежал прекрасный изумруд. Камень размером чуть больше ногтя на большом пальце ловил свет от фонаря над дверью и сиял потрясающей зеленью с каплей голубизны. Он висел на цепочке белого золота, как слеза.

— Как тебе? — слегка настороженно спросил Роган, словно ожидал, что все, что угодно может пойти не так в любую секунду.

— Он роскошен, — честно призналась я.

Он взял его из коробочки. Я подобрала волосы, и он одел цепочку мне на шею. Камень казался на моей коже сияющей каплей света.

— Хотя это только на ужин, — вздохнула я. — Я не могу его оставить.

— Я купил его для тебя, — возразил Роган. — Я собирался подарить его тебе на Рождество.

По его лицу я поняла, что отказ от подвески будет означать отказ от него. Да, это был дорогой изумруд. Вероятно, на моей шее висело пятьдесят тысяч долларов, что было больше, чем все украшения, которыми я обладала. Но, опять же, у него было больше денег, чем он мог пересчитать за всю жизнь, и если он хотел, чтобы я носила подвеску, я это сделаю.

— Спасибо.

Он улыбнулся, довольный дракон.

— Если ты так и будешь на меня смотреть, до ужина дело не дойдёт, — тихо сказала я.

— Тогда тебе лучше сесть в машину.

Он открыл для меня дверь, и я забралась в тёплый салон «мерседеса».

￭￭￭

Стейк-хаус «Фландрия» располагался на верхнем этаже двадцатиэтажного здания на Луизианской улице к юго-западу от театрального квартала и в полной мере пользовался открывающимся видом. Окна от пола до потолка демонстрировали впечатляющие просторы ночного неба, под которым простирался Хьюстон, светясь в темноте тёплыми жёлтыми и оранжевыми огнями. Казалось, что автострады, петляющие между башен, направляют поток машин по воздуху. Стены, пол и потолок были отделаны в мягких оттенках коричневого, а ажурные люстры из кованых спиралей, поддерживающих конусы из светлого стекла, ещё больше смягчали интерьер. Мне приходилось бывать на нескольких деловых ужинах, и большинство стейк-хаусов Хьюстона обслуживали руководителей с бизнес-счетами. Они живо напоминали про ковбойский Техас, с рогами техасских быков и коровьими шкурами на стенах, либо походили на клубы джентльменов, где нужно было иметь членскую карту. Этот был милым.

До меня наконец-то дошло. Мы были на свидании. Нашем первом, настоящем свидании.

Безупречно одетый метрдотель провёл нас через ресторан мимо хорошо одетых постоянных клиентов. Должно быть, некоторые из них принадлежали Домам, потому что когда мы проходили мимо, они видели лицо Рогана и замирали. Я тоже удостоилась нескольких взглядов, одни были удивлёнными и озадаченными, другие откровенно любопытными, особенно от женщин. Женщины пялились на Рогана, куда бы он ни шёл, а я подвергалась осмотру, когда они пытались выяснить, что во мне особенного. Это было нормально. Они не испортят мне свидание.

Мы подошли к уединённому столику, накрытому шоколадной скатертью. Роган отодвинул мне стул. Он не заставил его отъехать с помощью своей силы. Никаких телекинетических фейерверков. Сегодня будут только я и Коннор.

Я села. Он занял место напротив меня, спиной к стене — это положение позволяло ему видеть весь ресторан на тот случай, если возникнет угроза.

Словно по волшебству, перед нами возникла официантка, и на столе появилось меню.

— Вино? — спросил у меня Роган.

Почему бы нет.

— Да.

— Какое ты предпочитаешь?

Я предпочитала «Асти Спуманте». Оно было сладким, игристым и стоило пять долларов за бутылку.

— Красное. Не слишком сухое. — Будем надеяться, что я не опозорилась.

Роган заказал вино из списка. Официантка склонила голову, будто её посвятила в рыцари королевская особа, и унеслась прочь.

Я ухмыльнулась Рогану из-за своего меню.

Он ухмыльнулся в ответ. Его плечи слегка расслабились.

Я заглянула в меню. Матерь Божья.

— Я умираю с голоду. Я ничего не ела с самого утра, как стащила булочку с твоей кухни.

— Ты её не стащила. Все мои булочки твои.

Я изучала закуски. Жаренные равиоли с грибами портобелло. Карпаччо из говяжьей вырезки. Охлаждённый коктейль из морепродуктов.

— Что-то не так? — спросил он меня. В его глазах застыла усталая настороженность.

— Я пытаюсь решить, что я могу заказать с минимальными шансами вывернуть это на себя.

Он тихо рассмеялся.

— Никогда не видел, чтобы ты чем-то обляпывалась.

— Неправда. Когда мы карабкались по мусорным контейнерам в высотку на Сэм Хьюстон, я вся перепачкалась протухшими спагетти.

И почему я только вспомнила о протухших спагетти. Я вздохнула.

— Это не считается. Ты в них провалилась.

Скорее, вывалялась, но сейчас не стоило это уточнять.

Официантка снова появилась с бутылкой красного вина. Она эффектно открыла её и налила немного в два бокала. Насколько я помнила из фильмов, тут была какая-то церемония. Нужно было поднять бокал определённым образом, поболтать в нем вино, понюхать или что-то вроде того. Я подняла бокал и сделала небольшой глоток. Он тепло и освежающе прокатился по языку.

— Очень вкусно, — сказала я.