Читаем Дикий огонь полностью

— Так и отметим, — обозначил Архивариус.

— Также, я хотела бы объявить о моей помолвке с Коннором Роганом из Дома Роганов.

Все тут же сели ровнее и повернулись к Рогану. В первый раз в жизни я увидела на его лице шок. Он промелькнул всего на долю секунды, но я заметила его и запомнила этот момент до конца жизни.

Линус Дункан тихо засмеялся.

— Кто-либо угрожал вам или принуждал вас вступить в этот брак? — спросил Архивариус.

— Нет. Я согласилась выйти замуж за Коннора Рогана, потому что люблю его.

— Дом Роганов подтверждает помолвку?

— Да, — сказал Роган, снова с нейтральной маской на лице. — Я люблю Неваду Бейлор и хочу на ней жениться.

— Так и запишем, — кивнул Архивариус. — Позвольте нам продолжить.

На арену вышла высокая азиатка, примерно того же возраста, что и моя мама. Она остановилась по другую сторону нарисованной на полу белой линии.

— Встречайте своего испытателя.

Я подошла и остановилась на своей стороне линии. Женщина подняла руки, и её разум исчез за плотной завесой. Правдоискатель, использующий тот же трюк, что и Шаффер. Но её щит был не настолько уж и плотным.

— Невада Бейлор, вы должны отличить правду от лжи, — сказал Архивариус. — Ваш проверяющий является зарегистрированным Дознавателем. Отвечайте только один раз. Если вы передумаете, ваш второй ответ не будет засчитан. Все понятно?

— Да.

— Приготовьте магию. Вы готовы? — спросил Архивариус.

Женщина кивнула.

Я обернула мою магию вокруг её защитного кокона и начала проникать сквозь него тонкими побегами. Мне всего лишь нужно было, чтобы один из них проник внутрь. И это произошло.

— Да, — сказала я.

— Начинайте, — приказал Архивариус.

— Mein Bruder hat einen Hund, — сказала женщина.

Моя магия зажужжала. Я понятия не имела, что она сказала, но это было неважно.

— Ложь.

Женщина заморгала, опешив. Она добавила ещё больше магии в свой кокон. В свою очередь, я немного подпитала силой свои побеги.

— Ich besitze ein Boot.

— Правда.

— Rosen sind meine Lieblingsblume.

— Ложь.

— Арбитры удовлетворены? — спросил Архивариус.

— Нет, — возразила Леонора. — Пусть она продолжит.

— Ложь, — сказала я ей.

Линус Дункан снова усмехнулся, блеснув белоснежными зубами.

— Мне сорок два года, — подал голос немолодой арбитр.

— Правда. — Хотя он выглядел на десяток лет старше.

— Мы довольны её диагностикой, — сказал Сильвестр Грин. — Мы бы хотели увидеть демонстрацию голоса перед принятием финального решения.

Архивариус кивнул моей проверяющей, она развернулась и удалилась. Её заменил мужчина лет тридцати, его лицо было совершенно нейтральным. Я потянулась к нему проверить, с чем имею дело. Его разум был закрыт и спрятан в защитную скорлупу. Она была очень тонкой, но все же была.

Я посмотрела на Архивариуса.

— Принуждение человека отвечать на мои вопросы против его воли будет травматическим.

— Бюро Регистрации понимает ваши опасения, — сказал Архивариус.

— На разуме этого человека стоит защитный щит. Я могу прорваться сквозь него, используя грубую силу, но если Бюро позволит мне использовать мел, я могу заставить его отвечать с минимальным уроном.

— Никакого мела, — отрезал сорока двухлетний судья.

Я повернулась к мужчине. — Мне жаль.

— Не тяните, — ответил он.

Я сосредоточилась и ударила моей магией, превратив её в кинжал. Скорлупа треснула и распалась. Спасибо, бабушка Виктория.

Моя магия выстрелила и сжала разум человека в своём кулаке.

— Назовите своё имя.

Моя воля сокрушила его.

— Бенджамин Карс.

— Заклятие на вашем разуме не ваше. Кто его наложил?

— Орландо Гонсалез.

Позади меня раздались возмущённые возгласы, но я не могла обернуться.

— Зачем?

— Он не хочет, чтобы вы стали Домом.

— Почему?

— Он не сказал мне.

Я обернулась. Все смотрели на одного из арбитров — того, кто назвал мне свой возраст.

Я отпустила мужчину и переключилась на арбитра, сжав его своей волей. Позади меня, Бенджамин повалился на пол, всхлипывая.

Скорлупа вокруг разума Орландо была толще и сильнее. Я ударила по ней, но безрезультатно. Пришлось ударить ещё и ещё.

Он встал со своего стула и попятился назад.

Ещё удар. Он боролся со мной, его воля сопротивлялась, но если бы я не сделала этого сейчас, могли возникнуть сомнения в правомерности моего испытания. Я не могла допустить никаких сомнений. От этого зависела жизнь нашей семьи.

Удар. Скорлупа треснула. Моя магия проскользнула в трещину и раскрыла её.

Я подумала о Шторме, Винсенте и мёртвом Курте. Во мне забурлил гнев. Воля арбитра затрещала под моим натиском.

— Зачем вы защитили разум Бенджамина?

Все его тело дрожало от усилий. Я поднажала. Окружающий мир зарябил. Слишком много магии было слишком быстро растрачено.

Они не помешают мне защитить мою семью, и мне плевать, как много раз они будут фыркать и ставить мне палки в колеса. Сегодня я стану Домом.

— Ответьте мне.

Слова прозвучали одно за одним. — Я…сделал это… потому что… Коллин Шаффер попросила меня.

Коллин Шаффер была матерью Гарена.

— Зачем Коллин попросила вас вмешаться в мои испытания?

— Потому что… она хочет… чтобы вы приняли её сына. Если вы провалите испытания, вы… будете… уязвимы.

Я отпустила его. Ещё секунда, и я бы потеряла сознание.