Читаем Дикая собака полностью

Я вернулся к своим делам, то бишь, к восстановлению ИИ на Базе ВКС. Один уже готов, но включать пока рано. Однако, я продолжил свои мысли, не надо пороть горячку. Портал в деревню от меня никуда не денется, но на всякий! всякий пожарный случай, надо всё-таки закончить все свои дела здесь. Вдруг портал туда откроется, а обратно нет. Это мерзкий случай, о котором я не хочу даже думать, но думать об этом надо. Обидно, конечно, будет уйти и не вернуться, ведь здесь так хорошо. И столько неисследованного! Я, наверное, генномодифицированный, с птичьими генами, что меня так, совершенно иррационально, тянет назад, к гнезду. Но вообще-то умные люди говорят, что русский без России почти сразу становится безродным космополитом, то есть перестает быть русским. Ассимилируется в чужих народах и всё. Нет человека. Но я не собираюсь родину покидать насовсем, там же хаты в ризах образа, как без них.

Ну, с Тыгыном, положим, я закончил. А ещё у меня недостроенный Университет, Сайнара, девки, гринго, долги и выпасы. И ещё надо выяснить, кто пойдет со мной в деревню. Ичила нельзя по любому от себя отпускать. Его страсть к лабораториям известна, а увлекающиеся люди могут потерять остатки бдительности, и я, в один прекрасный момент, приеду к руинам базы. Хоронить, естественно, своего верного шамана и свои мечты.

Так что я сейчас восстановлю ещё один ВК, а между делом порешаю вопросики. Ещё один рывок, кабеля, разъёмы. Рутина, в общем. И снова восемнадцать часов перекура.

Приехал к Малым Камням, отряхнул с сапог пыль дорог, и пришел к своей ненаглядной жене. После ужина, плавно перетекающего в завтрак, Сайнара решила одну из моих проблем.

- Отвези меня к деду, - совершенно неожиданно заявила она.

- Э-э-э… Дорогая, а ты разве не хочешь пройти со мной в другой мир?

- Не хочу!

- Почему же, дорогая? - я был вообще-то уверен, что мы пойдем вместе.

- Патамучта! - ответила она и похлопала себя по животу. - Мы неизвестно сколько времени будем отсутствовать, а ребенка надо будет сразу после рождения представлять нашим Духам-хранителям. Так что ты, дорогой, езжай сам.

- Ну, раз такое дело, то конечно. Давай, собирайся. Ночью полетим. Тогда оставь здесь кого-нибудь за старшую, ты теперь нескоро здесь появишься.

Но я где-то что-то упустил, видимо. С точки зрения семейных отношений. Сайнару заколбасило совершенно по-взрослому.

- Почему ты уезжаешь? Со мной тебе плохо, что ли? Зачем тебе твой мир, меня же там нет!

- Ну, я туда и обратно - гляну одним глазком, как там дела, живы ли мои куры, надеюсь, соседка не дала им помереть с голоду.

- Соседка! Я так и знала, что без соседки дело не обошлось!

Сайнара залилась слезами.

- У тебя там женщина, да? Конечно! У таких как ты, обязательно есть всякие, - она изобразила гримасу презрения, - женщины, конечно, у которых есть всякий косметик, дикалон и макияж! Езжай к ним, сделай им это! У тебя это хорошо получается. Ты просто бессовестный абаасы, обманул девушку и теперь собираешься её бросить. Ты загубил мою молодость!

У нормальной женщины в запасе всегда есть примерно сто двадцать, сравнительно честных, способов дать мужчине понять, какое он ничтожество. Но это ко мне уже не относится, ибо, поминая незлым, тихим словом преподобного Ефрема Сирина, я и поступал в соответствии с наставлениями святого старца. То есть, попросту забил болт на всё попытки мной манипулировать.

- Обещай мне, что ты вернешься!

В общем, всё понятно, у Сайнары обыкновенная истерика, из-за внутреннего противоречия между долгом и собственническими инстинктами.

- Дорогая! Сайнара, свет очей моих! Звезда на небосклоне моей души! Я тебе даю два честных слова: у меня нет женщины, и я скоро вернусь.

- Вы, мужчины только обещаете!

Если вы думаете, что разговор с Сайнарой на этом закончился, то вы не знаете женщин. Я их тоже не знаю, но кое-какой жизненный опыт имеется. Это просто надо чуть-чуть потерпеть. Я стоически[51] вытерпел всё. Я бормотал разные глупые слова, я клялся и божился, поминал духов-иччи огня, земли, воды, воздуха, семейного очага и тому подобное, я называл Сайнару лапочкой, кисонькой и рыбонькой. Потом понял, что ошибся с целевой аудиторией. Здесь - это не у нас! Вот что я не учел, и, чем больше я трепыхался, тем больше претензий выкатывала мне Сайнара. Здесь мир сделанный мужчинами и для мужчин. У нас бы я легким испугом не отделался, пришлось бы изобретать многоходовую комбинацию. А здесь мужчина сказал: "Я поехал по делам" и всё, к нему никаких претензий. Так Сайнаре и сказал, нахмурив бровь. Левую. И немедленно завалил её в койку, чтобы зафиксировать своё доминирующее положение.

Самое главное, что именно такое поведение и было правильным. Ближе к утру Сайнара меня нежно поцеловала в лоб и сказала:

- Иди, Магеллан Атын. И возвращайся. А то я начала думать, что ты какой-то неправильный мужчина. До дедушки я сама доеду. Ты же мне оставишь летающую повозку?

Похоже, сцена ревности ради этого и была затеяна. Мне так кажется.