Читаем Дикая полностью

— Да, да, — повторяла она безмятежно, и теперь я могла официально признаться: я полюбила REI даже больше, чем людей, придумавших лимонад Snapples. Я продиктовала ей адрес магазина, в котором забирала свои припасы, читая его по квитанции с еще не вскрытой коробки. Я бы прыгала от радости, повесив трубку, если бы у меня так не болели ноги. Вскрыла коробку, отыскала свои двадцать долларов и присоединилась к толпе туристов в очереди, надеясь, что ни один из них не заметит, как от меня воняет. Купила себе стаканчик с мороженым и уселась за стол для пикников, пожирая его с плохо скрытым наслаждением. Пока я сидела там, ко мне подошел Рекс, а спустя несколько минут к нам присоединилась и Трина со своим здоровенным белым псом. Мы обнялись, и я познакомила ее с Рексом. Они со Стейси пришли в городок накануне. Трина решила сойти здесь с маршрута и вернуться в Колорадо, чтобы до конца лета предпринять еще несколько суточных походов неподалеку от своего дома, вместо того чтобы дальше идти по МТХ. Стейси собиралась идти дальше, как и планировала.

Мы уселись вокруг стола, нагрузившись бумажными тарелками с хот-догами, воздушной кукурузой и чипсами, с которых стекал прозрачный оранжевый сыр. У всего этого был вкус пиршества и праздника.

— Я уверена, она была бы счастлива, если бы ты к ней присоединилась, — добавила Трина. — Она выходит отсюда следующим утром.

— Я не могу, — сказала я и путано объяснила, что мне необходимо дождаться своих новых ботинок.

— Мы же говорили тебе об этом в Хэт-Крик-Рим, — сказала она. — Говорили, что здесь нет никакой воды…

— Я знаю, — сказала я, и мы сокрушенно покачали головами.

— Идем, — сказала она Рексу и мне. — Я покажу вам, где мы разбили лагерь. Это в двадцати минутах ходьбы отсюда. Но достаточно далеко от всего этого, — она презрительно махнула рукой в сторону туристов, бара и магазина. — К тому же еще и бесплатно.

Мои ноги дошли до такого состояния, что всякий раз после отдыха они болели еще сильнее, когда приходилось встать и идти, и все многочисленные ранки на них открывались при каждом новом усилии. Я похромала вслед за Триной и Рексом по тропинке через лес, которая вывела нас обратно на МТХ, где обнаружилась небольшая опушка среди деревьев.

— Шерил! — воскликнула Стейси, подходя, чтобы обнять меня.

Мы поговорили о Хэт-Крик-Рим и о жаре, о маршруте и отсутствии воды, о том, чем можно разжиться в баре на ужин. Пока мы болтали, я стянула с себя ботинки и носки, надела сандалии, поставила палатку и провела приятный ритуал распаковывания посылки с припасами. Стейси и Рекс быстро подружились и решили пройти следующую часть маршрута вместе. К тому времени как я была готова отправиться в бар за ужином, большие пальцы на моих ногах раздулись и покраснели настолько, что напоминали две свеклы. Я не могла теперь надеть даже носки, поэтому похромала обратно в бар в сандалиях, а там мы уселись вокруг стола для пикников, нагрузившись бумажными тарелками с хот-догами, воздушной кукурузой, приправленной перцем халапенью, и чипсами начос, с которых стекал прозрачный оранжевый сыр. У всего этого был вкус пиршества и праздника. Мы налили в пластиковые стаканчики содовой и подняли тост.

Видеть, как они прижимаются друг к другу, переплетают пальцы и с нежностью тянут друг друга за руки, было почти невыносимо. Их вид вызывал у меня одновременно и тошноту, и жгучую зависть.

— За то, чтобы Трина и О́дин благополучно вернулись домой! — говорили мы и чокались стаканчиками.

— За то, чтобы Стейси и Рэкс прошли свой маршрут! — восклицали мы.

— За новые ботинки Шерил! — вопили мы.

И вот за это я выпила со всей серьезностью.

Когда я проснулась на следующее утро, моя палатка была единственной на опушке среди деревьев. Я сходила в душевую, предназначенную для туристов, в официальном палаточном городке, приняла там душ и вернулась в свой лагерь, где просидела на стульчике не один час: позавтракала, прочла половину «Летней клетки для птиц» в один присест. Днем отправилась в магазин возле бара, чтобы выяснить, не пришли ли мои ботинки, но женщина, стоявшая за конторкой, сказала, что почты сегодня еще не было.