Читаем Диггер полностью

Он направился к мячу, жестом показывая Глебу следовать за ним. Затем рыжий бродяга забрался внутрь мяча и втащил за собой тигра. После этого он толкнул мяч, и тот с ускорением помчался куда-то по розовой долине. Журналист не был готов к столь стремительному передвижению. Он попытался упереться лапами в стенки мяча, но тот закрутил его и стал швырять, как водоворот щепку. Все вокруг замелькало и понеслось. Глеб не видел ничего, зато он слышал громкий хохот Георгия Матвеевича. В какой-то момент парню стало дурно. Он поймал себя на мысли, что еще немного — и он потеряет сознание. Но вдруг мяч подскочил высоко вверх и… взорвался, а компаньоны с шумом рухнули вниз… в воду. Вокруг них поднялись тысячи брызг, и все это сопровождалось оглушительной музыкой, криками и аплодисментами.

Глеб почувствовал, что захлебывается. Он начал беспомощно перебирать лапами и внезапно ощутил под собой твердую площадку. Она мерно поднималась из воды, а на ней стоял улыбающийся Георгий Матвеевич.

— Наш выход! — сказал он тигру.

Журналист кивнул и примостился рядом с рыжим бродягой. Площадка поднялась еще выше, и Глеб увидел, что они находятся над фонтаном, а вокруг них кричат от восторга сотни людей. Он приосанился и принял гордый вид. Разноцветные световые волны стали отходить от его шкуры все более интенсивно. В свою очередь, Георгий Матвеевич раскинул руки и приветствовал публику. Действо сопровождалось звуками чилийской флейты и возникающими то тут, то там струями воды.

Площадка с компаньонами подъехала к краю фонтана и опустилась. Рыжий бродяга и тигр спустились к зрителям, которые тут же принялись их фотографировать. Началась суматоха. Каждый стремился запечатлеть себя со странными незнакомцами, взявшимися ниоткуда.

Неожиданно журналиста начало слегка потряхивать. Он догадался, что действие миража скоро закончится, и стал сумбурно соображать, что же делать. А вокруг толпились люди, которые не давали компаньонам сделать ни единого шага. Тогда Глеб, собрав все свои силы, издал зловещий рык. Зрители закричали от ужаса и кинулись врассыпную. Тем временем Георгий Матвеевич вскочил на спину тигру, и они помчались сквозь толпу к выходу. Поскольку зрители были охвачены паникой, никто уже не следил за передвижением незнакомцев.

Спустя несколько минут журналист вдруг осознал, что он никакой не тигр, а обычный человек, который бежит среди толпы, неся на руках рыжего слепого кота. Глеб не помнил, как домчался до шоссе и поймал такси. В себя он пришел только тогда, когда таксист несколько раз настойчиво его спросил:

— Что случилось? С вами все в порядке?

— Да-да, — кивнул парень. — Просто во время шоу у музыкального фонтана взорвалось несколько петард. Началась паника, и мы с котом пострадали в давке.

Больше таксист ничем не интересовался. Он довез журналиста до станции метро «Речной вокзал», а дальше Глеб отправился пешком. Он опасался, что рано или поздно военные выйдут на след таксиста, поэтому не решился подъезжать близко к дому.

Поднявшись в свою квартиру, он опустил на пол кота и пошел мыть руки. Каково же было его удивление, когда вода вновь перестала смачивать его кожу.

— Что за черт? — удивленно пробормотал парень. — Огненный братан вернулся?

Он взглянул в зеркало и увидел, как вокруг его головы распространяется оранжевое свечение.

— Добро пожаловать! — хмыкнул Глеб. — Только дай мне возможность помыться и обработать рану. Заражение крови нам обоим сейчас ни к чему!

Он снял с себя пропитанную кровью куртку, затем футболку и осмотрел плечо. Хотя рана и была поверхностной, но при малейшем движении руки из нее начинала сочиться кровь.

— Вот видишь! — сказал журналист и демонстративно подставил плечо зеркалу.

Внезапно оранжевое свечение над его головой собралось в небольшой пульсирующий шарик, съехало вбок и зависло над раной. Затем шарик спикировал вниз, и парень вскрикнул от резкой боли. К его удивлению, рана стала затягиваться прямо на глазах, и через несколько секунд от нее не осталось и следа. Сам же шарик погас.

— Спасибо, конечно! — громко произнес Глеб, обращаясь к огненному мыслеобразу. — Теперь бы вымыться, и жизнь показалась бы сказкой!

Через несколько минут он смог, наконец, принять душ. Хотя в этот раз чувствовал он себя под струями воды неуютно. Его лихорадило, зубы стучали, а сердце билось так громко, что казалось, оно задевает ребра.

— Похоже, скоро я не смогу находиться в воде, — пробормотал журналист. — Оно и понятно… вода и огонь несовместимы!

Он с трудом выбрался из ванны, присел на ее край и стал дожидаться, когда огненный «братан» включит защитную оболочку. Примерно через четверть часа ему стало лучше. Глеб вышел на кухню и, заметив там развалившегося на стуле Жорика, сказал:

— Так дальше дело не пойдет! Нужно срочно искать диадему, иначе все закончится для меня очень печально.