Читаем Дьявол полностью

«И бысть у них два дни и две нощи, и зача у них в утробе, и носила их полтора года. Приеде же ей время родить; и бе она в дому отца своего, и выслала отца своего из дому вон со всеми живущими, сказа ему, еже хотяще родити и еже бы их темнозрачных не убили. И в кое время нача она родити, и прийде к ней от тех темнозрачных демонов жена, и нача с ней водитися; и роди их шесть, а видением они сини, и взя их та жена, что в ней водилась, и унесе из храмины под мост».

Было бы длинно, скучно и ненужно исчислять все исчезновения Соломонии, насилия над ней демонов и беспрестанные роды ее, в которых она наплодила множество чертенят.

Дальнейшая история Соломонии, как в смене галлюцинаций демонических и религиозных, прожила она десять лет с лишком; как бесновалась она во время богослужения, особенно когда один священник решился ее насильно причастить («нача демон устами ее вопить величим гласом: сожже мя, сожже мя!»); как являлись ей с ободрением святые Прокопий и Иоанн, устюжские чудотворцы и, наконец, сама богородица, — вся эта обычная и частая история кликуши–демономанки мало интересная. Но исцеление ее в высшей степени любопытно и показательно и как клинический случай и как комбинация ложных представлений. Великим постом 7179 (1671 года) Соломония говела и — в результате воздержания и физических утомлений, сопряженных с говением — разрешился в ней какой–то внутренний болезненный процесс: на левом боку у нее сделался огромный нарыв, который вскрылся накануне того дня, как ей надо было причащаться. Процесс совершался очень трудно и мучительно и окружавшие Соломонию «сердоболи», как и сама она, приняли его за новое злодеяние дьявола: «по захождении солнца смятеся в ней окаянный демон, и начат утроба ее рвати; она же от тяжести нача велми кричати; и прогрызе у нее левый бок на скрозь; и егда прогрызе, Соломония же очюти себе, а во ум пришед, и виде срачицу свою окровавлену, и показа сущим ту: что ей сотвори демон в нощи; он иже, видевши гибель ее от демона плажжуся зело». Весь этот день и потом до 27 мая (значит, месяца 1 1/2) припадки Соломонии были сильнее, чем когда–либо, — «ни мало даяше покоя живущий в ней демон: терзаше утробу ее и люте рваше, и велми мучаше ю паче первого. Позна бо он окаянный свою гибель». Демон Соломонии был догадливей ее сердоболей: почувствовал, что сильная ее натура переломила — таки болезнь, кризис совершился и дело пошло на выздоровление. Половой бред прекратился: после того, как внутренний демон прогрыз Соломонии бок, никакие внешние демоны уже ее не «скверняху». Состояние потрясенного организма еще очень тяжело, но улучшенное самочувствие уже прогностирует выздоровление и подсказывает радостные сны. 27 мая Соломония видит во сне особо чтимых ею устюжских чудотворцев «и глаголаша святии ей: Соломоние! молися Прокопию и Иоанну; они тебя по мале времени избавят от таковаго мучения., уже ты, Соломония, последний год хидиши!» Предсказание оправдалось даже скорее, чем обещали святые: того же лета 7179, июля в 8 день в самую в память святого праведнаго Прокопия, значит, шесть недель спустя после видения, Соломония, придя в соборную церковь Пресвятой богородицы, торжественно заявила «всему освященному собору» и «прилучившимся православным» о полном своем исцелении. По словам ее, оно пришло к ней опять — таки во сне. «И видеша мя яки жертву, а чрево мое надмеси зело люто оными лукавыми; и зряща мя вси плакаху, видящее мое гибельство. И се внезапу свет возсия неизреченный, идеже аз лежах, и видех юношу, идуща во храмину тою и свещу несуща, и по нем идуще святии Прокопий и Иоанн, и ставше уз главы моя, глаголаша святия мужи собою; аз же того не вем что они глаголют; и паки приступи ко мне святый Прокопий, и перекрестил рукою своею утробу мою, а святый Иоанн, держа копейцо в руке малое, и той приступи ко мне, и разреза утробу мою, и взя из меня демона, и подав его святому Прокопию; демон же нача вопити великим гласом и витися в руце его; и святый Прокопий показа ми демона и рече: Соломоние! видиши ли демона, иже бысть во утробе твоей. Аз же зря его видением черн и хвост бяше у него же дебела и страшна; и положи его окаянного на помост и закла его кочергами. Святый же Иоанн паки изимати из утробы моея по единому и давати святому Прокопию, он же закалаша их по–единому… и приимаше, и меташе их на помост церковный, и давляше их ногою своею. И глагола святый Прокопий ко святому Иоанну: чиста ли утроба у Соломонии от живущих в ней демонов? И отвеща святый Иоанн: чиста есть, и несть порока в ней! Посем святый Прокопий смотряще сам в утробу мою, да бы чиста».