Читаем Диаспора полностью

Чуть позже проснулся Паоло и присоединился к немей. Они сидели на балке и планировали встречу с Алхимиками. Чем дальше улетали их мысли, тем крепче становилась уверенность Чтимы, что осталось недолго.

В шестой макросфере, в миллиарде километров от сингулярности, они обнаружили парящий в космосе артефакт неправильной формы, отдаленно сферической, диаметром около двухсот сорока километров. Размером с крупный астероид. Поверхность объекта была сравнительно гладкой - так и звездных систем, полных космического мусора, в окрестностях не имелось. Возраст артефакта составлял один-два миллиона лет. В тусклом звездном свете снять качественные спектры было тяжело, и, пассивно прождав каких-то признаков жизни около мегатау, а потом еще такой же срок - прослушивая радио- и инфракрасное излучение, они осмелились пробуравить поверхность артефакта лазером.

И не были сожжены в ответ.

За исключением примесей, привнесенных межзвездным газом и пылевыми облаками, поверхность состояла из чистого диоксида кремния — кварца. Кремний-30, кислород-18, самые тяжелые устойчивые изотопы. Артефакт пребывал в термодинамическом равновесии с окружением, но это не доказывало его изначально неживой природы. Рассеянная теплота, энтропия, могла вытечь через скрытый внутренний канал за конечный период времени.

Они запустили на поверхность объекта армию микрозондов и провели аккуратную сейсмотомографию. Внутренняя часть артефакта обладала такой же плотностью, как и внешняя. Однородная кварцевая глыба. Впрочем, на сейсмотехнику нельзя было всерьез полагаться - разрешающая способность картирования не превосходила миллиметра. Более мелкие образования остались им недоступны.

- Скорее всего, это работающий полис, - заключил Паоло. - Они могут перекачивать и отводить энергию через проходимую червоточину.

- Если ты прав, то сознательно ли они игнорируют нас? Или отрешились от внешнего мира? - Даже солипсисты из Эштон-Лаваля немедленно узнают, что к ним кто-то стучится, если поверхность полиса продырявить лазером. - И если они до сих пор нас игнорируют, стоит ли лезть внутрь, пытаясь привлечь их внимание?

- C таким же успехом можно провести здесь тысячу лет, ожидая, что они снизойдут до контакта, - сказал Паоло.

Они послали небольшой рой фемтороботов под поверхность. На глубине нескольких метров вскрылась структура: узор мельчайших дефектов кварцевой кристаллической решетки. Статистический анализ подтвердил неслучайность их распределения. Вероятность возникновения такой подрешетки в результате спонтанных пространственных корреляций была пренебрежимо мала. Но кристалл оставался недвижимым и неизменным.

Это было не поселение, а хранилище данных.

Даже беглая оценка масштаба ошеломляла. Плотность упаковки данных почти равнялась таковой для их собственного молекулярного носителя, однако артефакт был в пятьсот триллионов раз крупнее полиса. Они запустили программы распознавания образов, пытаясь выловить смысл из фрагментов и дефектов, но ничего не получили. Они прождали столетие, пока фемтомашины вгрызались в недра артефакта, а программы корпели над поставленной задачей.

Потом тысячелетие. Фемтомашины обнаружили копию устаревшей галактической карты, составленную из дефектов и окруженную не поддающимся расшифровке массивом данных. Заинтересовавшись, они выждали еще тысячу лет, но программы оказались бессильны декодировать протокол упаковки и заключенную в артефакте информацию. Хотя пробоотбор, по сути, еще и не начинался, Ятима пришла к выводу, что ковыряться в кварцевой глыбе можно хоть до синего смещения - и ничего не понять.

Приунывший Паоло мрачно заметил:

- Орландо, наверное, уже умер. От него и памяти не осталось, только праправнуки, живущие в плотницких телах на какой-нибудь захудалой планетке второй макросферы.

- Твои клоны наверняка посещали его. Встречались с его детьми. Проводили его в последний путь.

Паоло принял предковый облик и расплакался. Ятима ждала, пока он успокоится.

- Он был Мостостроителем, - сказала онона. - Он сотворил тебя, желая перекинуть мостик к иным культурам. Он был бы горд, что ты так далеко забрался.

Поверхность артефакта теперь полнилась удлиненными нейтронами, несущими те же каталитические последовательности. В

червоточинах обнаружилась карта вспышки ядра - хотя здесь самая слабая вакуумная флуктуация была бы явлением таких же масштабов, как и катаклизмы, сотрясавшие некогда Млечный Путь.

Они отобрали пробу нейтронов, скопировали полис в седьмую макросферу и двинулись дальше.

Неподалеку от сингулярности обнаружился еще один артефакт, изготовленный из того же минерала, какой впервые повстречался им на Пуанкаре.

Объект был холоден и безразличен к попыткам контакта. Как и предыдущий, он содержал множество микроскопических дефектов. Трудно было судить, насколько данные совпадают, они располагали лишь небольшими фрагментами для сопоставления. Программы полиса наткнулись на идентичные последовательности, но в обоих кристаллах строки повторялись одинаково часто. Протокол упаковки оставался загадкой, но, по всей видимости, не изменился.