– Разговор о выборе профессии особенно актуален для выпускников летом и нередко связан с вопросом будущего трудоустройства. Некоторые профессии попросту исчезают. Кем нужно стремиться стать, чтобы быть востребованным в перспективе 20-30 лет?

– Я не очень люблю давать прогнозы. Тем более что IT-индустрия развивается очень быстро. О существовании многих современных профессий или специализаций мы даже не догадывались 10 лет назад, не говоря уже о 20-30. Если говорить про технологический сектор, на ближайшие годы перспективным направлением будут виртуальная реальность, проектирование «умной» среды, робототехника, работа с big data. Я уверен, что и сфера кибербезопасности тоже будет продолжать очень стремительно развиваться.

– Большой резонанс имела история с блокировкой Telegram в России. Нередко говорят и о создании национального Интернета – своего рода гетто на просторах Сети. Скажите, пожалуйста, как вы относитесь к таким инициативам и решениям? Обходите, к примеру, блокировку Telegram?

– Честно говоря, лично меня эта история никак не коснулась – ни напрямую, ни косвенно. Смартфона у меня нет, никакие Telegram-каналы я не читал и не читаю. Все, чем я пользуюсь, работало и, надеюсь, продолжит работать без сбоев.

Эдуард Лимонов: «самые революционные сегодня – школьники»

25 сентября 2018 года

Невзрачная двухкомнатная квартира в доме на углу улицы Фадеева и Пыхов-Церковного проезда в районе станции метро «Маяковская» – третья, на которой мы за десять лет знакомства встречаемся с писателем и политиком Эдуардом Вениаминовичем Лимоновым[5]. Своей недвижимостью за 75 лет жизни в разных странах мира он обзаводиться намеренно не стал. Парящий над суетой дня сегодняшнего, он продолжает отливать себя во все выходящих томиках собственных книг, на различных интернет-площадках, в баталиях на радио– и телепрограммах. 28 августа на YouTube вышел очередной выпуск популярной программы Юрия Дудя[6]«вДудъ», гостем которой стал Лимонов. На момент встречи его успели просмотреть более трех миллионов человек. Начать наш разговор, естественно, решаю с этого.

– Эдуард Вениаминович, рад вас снова видеть…

– (Смеется.) Живым…

– Живым и здоровым, хочется надеяться. Интервью, которое вы дали Юрию Дудю, посмотрели более трех миллионов человек. Ощутили ли вы какие-то последствия? Может быть, на вас обрушился шквал писем и сообщений от школьников, студентов и студенток?

– Да, три миллиона триста тысяч… А куда им писать?

– На электронную почту, допустим, партии, в социальных сетях?

– Не знаю, я не проверял. Вообще-то говоря, основная задача была просто расширить влияние. Каждый гражданин, каждая организация, по-моему, пытаются расширить свое влияние, вот и я пытаюсь. Конечно это не совсем наша аудитория, но тем не менее. До этого я был у Познера. Я сам никуда не напрашиваюсь, но вот Познер позвонил, потом Дуде. Мое интервью у Познера не показали, мы тоже не вели свою съемку, поэтому и нам показать нечего. При этом до сих пор загадка, почему, по какой причине наш разговор с Познером не вышел в эфир Первого канала.

– А героя Интернета Юрия Дудя до этого интервью вы знали?