Читаем Диалектический материализм полностью

Некоторые скажут, что они, мол, согласны с тем, что классовые интересы могут склонить нас верить скорее в одно, чем в другое. Но разве философия не должна быть выше этого? Разве философия не должна быть объективной и беспристрастной и учить нас оставлять в стороне классовые и партийные интересы и стремиться только к истине? Ибо разве не безусловно то, что истинно, является истинным, независимо от того, удовлетворяет ли это тем или иным классовым интересам, или нет? Если философия пристрастна — партийна, то как она может быть объективной, как она может отражать истину?

В ответ на подобные возражения мы можем сказать, что в действительности точка зрения рабочего класса на философию весьма далека от того, чтобы не заботиться об истине.

Существует ли истина? Конечно, да — и люди приближаются к ней. Ибо различные взгляды, в зависимости от их партийности, не могут быть одинаково близки к истине. Каждая философия отражает классовую точку зрения. Так же как один класс отличается от другого по своей социальной роли и по вкладу, вносимому в развитие общества, так и одна философия отличается от другой по воплощению положительных достижений в выработке истины о мире и обществе.

Люди склонны считать, что если мы становимся на партийную, классовую точку зрения, то мы отворачиваемся от истины; и что, с другой стороны, если мы действительно стремимся к истине, то мы должны быть строго беспристрастны и беспартийны. Но в действительности всё это не так. Лишь тогда, когда мы становимся на партийную точку зрения исторически самого прогрессивного класса, мы способны приблизиться к истине.

Следовательно, определение диалектического материализма как философии революционной партии рабочего класса никоим образом не противоречит притязанию диалектического материализма выражать истину и быть средством достижения истины. Напротив, мы имеем полное право претендовать на это ввиду действительного исторического положения и роли рабочего класса.

За исключением рабочего класса, все другие классы, которые стремились к руководству обществом, были эксплуататорскими классами. Но всякий эксплуататорский класс, каковы бы ни были его достижения, всегда вынужден искать известные средства маскировки своего действительного положения и своих целей как от самого себя, так и от эксплуатируемых и доказательства вечности и справедливости своего господства, так как такой класс никогда не может признать своё действительное положение и цели как эксплуататорского класса или временный характер своей собственной системы.

Например, в античном рабовладельческом обществе Аристотель, величайший философ древности, доказывал, что институт рабства является законом природы, так как некоторые люди рабы от природы.

В период расцвета феодального общества крупнейший философ средних веков Фома Аквинский представил всю вселенную в виде своего рода феодальной системы. Всё было расположено согласно феодальной иерархии[3], на вершине которой находился бог в окружении главных архангелов. Любая вещь зависела от того, что непосредственно стояло над ней в системе; ничто не могло существовать без бога.

Что касается капитализма, то он разрушает все феодальные узы и, как заметили Маркс и Энгельс, буржуазия «не оставила между людьми никакой другой связи, кроме голого интереса, бессердечного „чистогана“»[4]. Это было отражено в ранней буржуазной философии, особенно в ранней английской философии.

Эта философия рассматривала мир как состоящий из независимых атомов, каждый из которых находит своё полное завершение в самом себе, занят только собой, и все они находятся во взаимодействии. Это было зеркало капиталистического общества, каким оно представлялось поднимающейся буржуазии. И при помощи таких идей им также удавалось маскировать свои собственные цели, цели господства и обогащения. Согласно этим идеям, рабочий и капиталист находились «на одном уровне», поскольку каждый являлся свободным человеческим атомом, и они свободно заключали договор, по условиям которого один должен был работать, другой — предоставлять капитал и платить заработную плату.

Но рабочий класс не нуждается в каком-либо подобном «самообмане» («ложном сознании»), который содержится в такой философии. Он желает не создания новой системы эксплуатации, а уничтожения всякой эксплуатации человека человеком. По этой причине он заинтересован не в том, чтобы маскировать что-либо, но в том, чтобы понимать вещи именно так, как они есть на самом деле. Так как чем лучше познает он истину, тем более сильным он станет в борьбе.