С кем мне на вдохе жить, на выдохе умирать

Кого не встречать от адреса до не высланных смс.

Небо, сделай меня ничьей, сделай меня не здесь,

Чтобы не помнить, как я сюда вошла, с кем я теперь нежна,

И что я опять кому-то себя должна,

Как мятую сторублевку за день цирковых чудес.

Небо, сделай меня ничьей, сделай меня не здесь.

Хромосома

Да, я наверно хотела бы стать на тебя похожей:

девочкой-маем, с небом под тонкой кожей.

Девочкой-сном: с облаками на каждом пальце,

пить амаретто и рифмой от скуки маяться,

я бы хотела, я бы хотела, я бы

тоже сумела сочиться сквозь утро ямбом

/ дымом ментоловым / молотым кофе, но мне

слишком опасно прыгать с откоса в море,

как набирать твой знакомый на ощупь номер,

как уловить тебя в трубке и слушать сонный

медленный мир твоего с хрипотцой контральто,

я бы хотела уметь говорить "ну как ты",

словно от этого "как ты" живет он: твой же

солнечный мир с небом под тонкой кожей...

Я бы хотела вот так: что ни слово – кома,

что ни строка – то лезвие по запястьям.

Я бы смогла. Но еще не построен город,

где от наличия Х-хромосомы

ровным счетом никак, никогда, не зависит счастье.

Camel

Я хочу быть сворованной с этих улиц дождей и пьяниц, унесённой в твоём нагрудном большом кармане

и раздетой до нитки, до пошлых и диких маний ревновать тебя к каждой встреченной в глотках станций

вне меня.

Здесь темнеет и ночь подступает к горлу, двадцать первой по счёту Camel,

в гортани тесно

от застрявшей к тебе рифмовки. Но впрочем похуй. Ты не вор мне.

И я ненавижу такую честность.

Суррогаты

И ни слова больше. Слова – суррогаты чувств.

Ничего не доказывай всуе – улики в нас же.

Ты которые сутки звучишь во мне наизусть

И которую вечность совсем не о нас читаешь.

Все стихи и стихии больше здесь ни при чём –

Механизмы контроля над сердцем всё чаще клинит.

И когда ты вернешься – подставлю тебе плечо,

потому что уже разучилась считать ножи в нём.

Я боюсь всего и наверное больше всех

Я боюсь всего и, наверное, больше всех: пустоты на кровати рядом,

второй подушки непримятой, холодной, как первый внезапный снег,

недоступности абонента,

себя ненужной.

Я боюсь, что затихнет в комнатах детский смех и остынет ужин...

...что однажды захочется выйти под ночь, под дождь, в тишину – как в кино,

сделать шаг нарочито-вязким, потерять прежний адрес, забросить ключи на связке

и уже никогда, никогда не хотеть домой.

Я боюсь чужаков с именами родных, друзей с голосами чужими, маминых слёз – до дрожи,

что однажды мой рейс в её город возьмут, отложат, как ненужные планы, и я не успею к ней

и вообще ничего не успею, что утону в посторонних, в заботах и злобе к себе, как в пьянстве.

Я боюсь, что однажды имя моё найдут, но никто, никогда не вспомнит, что я была здесь.

Единица Безумия

И сейчас бы подняться, расправиться, отрезветь. Взять по курсу на юг, или просто идти

направо.

Перестань говорить, перестань на неё смотреть, музыкант под ребром, практикующий андеграунд,

ожидающий права распеться и быть своим в окружении пестрой, плюющей под ноги стражи, перестань улыбаться им,

смолкни, не говори, притворись что мы вышли /что мы не входили даже/

среди них нет своих – среди них существует лишь Единица Безумия в облике нежной Боли,

от которой когда-нибудь что-то перегорит и не сможет закрыться крепче, сменить пароли и оставит тебя бесполезным простым ядром

в терпкой мякоти плода, упавшего ей под ноги – тихой Боли, умело шагающей каблуком, этой нежной,

не/прео/до/лимо желанной Боли...

***

Сделай визу к другим берегам, отступай волной, выдирай из струны за монеты чужие песни в переходах метро.

Любовь оффлайн

Сиротливы черновики.

Пустословны и безутешны.

Сквозь защелкнутые замки

Утекает тепло и нежность.

И теперь в пустоте углов –

Ничего, а оно – не лечит.

Говорят же, что есть любовь...

Но никто не сказал, что вечно.

Сквозняки и остывший чай.

Монитор отвечает пальцам,

Что любовь навсегда offline.

Так что выключи и не парься.

Так что выключи и беги.

Растворяй тишину в мартини.

Выцарапывай из груди

Откровенное "помоги мне".

Улыбайся – мол, "вери гуд"

В оболочке без чувств и толка.

Говорят, что и так живут...

Но ни слова о том, как долго.

Ты услышишь, как стихнет Боль.

И настанет тоска, убьющая нас на месте.

# _ #

Acknowledgements

Электронная книга подготовлена с любезного разрешения автора.

Дизайн обложки: Оксана Кесслер

Фотографии: Елена Степанова

Страница Оксаны Кесслер в сети: http://stihi.ru/avtor/oksana1983

Издание электронной книги в формате epub (publisher), конвертация в fb2:

Николай Мурашов (docking the mad dog)

2012

#_#

Copyright information

Тексты данной электронной книги защищены

(cc) Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivs 3.0 Unported License.

Вы можете свободно: