Читаем Девушка с белым лицом полностью

- У меня тоже, - сказал я, вспомнив, о чем бредил окосевший от водки Антон.

Озеро, русалки, вода на дороге, в которой он мог захлебнуться. Боялся он ехать, не хотел садиться за руль, знал, какая беда может с ним случиться.

- Я уже всю валерьянку выпила, на корвалол перешла, - пожаловалась Элли.

- Нормально все будет.

- Ты обещаешь?

Я молча пожал плечами, отвечая на крик души неопределенностью.

- Макс, можно я тебе потом позвоню? - спросила Элли.

- Да, конечно. Позвонишь, а потом Антону трубку передашь… Или сама расскажешь, по каким кустам он шлялся.

- Ты все шутишь? - хныкающим голосом спросила она.

- Не теряй надежды, - сказал я и, пожелав спокойной ночи, сбросил звонок.

Надо было совсем отключить телефон, но я не решился отказать некогда любимой женщине в своей поддержке. Неспроста внедорожник Антона обнаружился на озере, не зря он говорил о своих дружках, которые уже утонули. Русалка его забрала. Но зачем? Вопрос лежал на поверхности, там же и ответ на него, нужно всего лишь наклониться и подобрать.

Я задал себе вопрос, ответ меня обескуражил. Антон со своими дружками утопил какую-то женщину, которая и стала русалкой. А затем отомстила. На ум уже приходила Елена Тихомирова, но пьяная логика не смогла тогда связать ее с Антоном. А ведь у меня была такая подсказка, просто нужно было включить голову и свести палец с носом.

Действительно, почему Антон назвал Риту русалкой? Он узнал в ней Елену Тихомирову, над которой когда-то надругался. Это ведь он со своими дружками утопил несчастную девушку. А теперь она мстила. Неспроста Рита набелила лицо и превратила свои губы в чернильную кляксу.

Я вскочил с дивана, быстро надел шорты, ворвался в комнату к Рите и получил там пустым мешком по голове. Во всяком случае, возникло такое ощущение. Боли не было, но встряхнуло меня изнутри сильно, даже голова закружилась, и пол под ногами пошатнулся.

Исчезла Рита, не было ее в комнате. Подушка стояла петушком, наволочка разглажена - ни складочки, покрывало на кровати расправлено, как одеяло на солдатской койке, так же аккуратно на тумбочке лежала книга.

Я зачем-то заглянул в шкаф, но Риты не было и там. В прихожей я открыл обувной ящик, но ее кроссовок не нашел, исчезла и курточка. Рита уходила без ключей, поэтому не могла запереть меня изнутри, и точно - дверь не была закрыта на замок.

Я обулся, спустился вниз, в ночную прохладу, к пышным кустам и высоким деревьям, чьи ветви качались на ветру, пытаясь дотянуться до меня. В палисаднике шелестели кусты, и все время, пока я обходил дом, эти зеленые с лапами чудовища тихонько ругались, их листья глухо звенели, как фальшивое монисто на груди плохой танцовщицы. Страха не было, но чувство тревоги усиливалось.

Я уже возвращался к своему подъезду, когда откуда-то из-за кустов донесся знакомый голос:

- Макс!

Это кричала Рита. Я еще не успел сообразить, наяву прозвучал ее голос или только в моем воображении, но тело уже развернулось, ноги понесли меня на звук. Перескакивая через железную оградку, я споткнулся, стал падать, инстинктивно схватился за куст жимолости, кое-как умудрился устоять на ногах. Но тот же куст отомстил мне, влепив по щеке веткой.

Где-то здесь должна была быть Рита, но я не видел ее и не слышал. Возможно, и голос ее померещился.

- Тону! - донеслось с другой стороны дома.

Сердце екнуло, дышать стало тяжело, сознание отказывалось всерьез воспринимать этот сигнал об опасности, но всё же я нашел в себе силы пойти на этот беззвучный голос.

Раздвигая кусты сирени, я почему-то ожидал увидеть большую лужу, в которой тонула Рита. Такого просто не могло быть, умом я это понимал, но моя раздраженная подкорка жила своей жизнью. Мне очень нужна была Рита, я готов был искать ее даже у дьявола под мышкой, живой или мертвой…

Ни омута я не нашел, ни Риты, и ее голос больше не звучал, не звал меня. Возможно, Рита уже утонула.

С этой бредовой мыслью я вышел к своему подъезду, напротив которого остановилась патрульная полицейская машина. Я перешагивал через ограждение палисадника, а из «Форда» выходил плотного сложения офицер в форменной куртке и с автоматом. На каждом погоне по три звездочки.

- Гражданин! - Его голос прозвучал как щелчок бича над ухом, меня даже слегка царапнуло по спине.

Я остановился, повернулся на голос, растерянно взглянул на полицейского. Убежать я не мог: пока достану ключи, пока открою дверь в подъезд, он десять раз схватит меня за ворот. И один раз приложит носом к земле.

- Сорок вторая квартира в каком подъезде? - спросил старший лейтенант, всматриваясь в меня.

Щекастый, губастый, нос картошкой, глазки как буравчики с хитрым винтом, дыхание несвежее, с тухлой табачной закисью.

- Сорок вторая… - Я кивком показал на свой подъезд. - Здесь.