Читаем Девушка из Уидоу-Хиллз полностью

Не доставая телефона, я позвонила Беннетту. Знала, что застану его на работе. Он тут же ответил, и я услышала объявление по громкой связи в больнице.

– Эй, привет, – сказал он. – Я вчера заезжал к тебе. Волновался.

– Да, я потому и звоню. Возвращаюсь домой из Уидоу-Хиллз.

Молчание.

– Откуда?

– Я просто хотела сказать, что жива-здорова. – Давно пора было это сделать. – Хотя не совсем. На меня напали. Рука повреждена. Болит немного. Долгая история, зато я почти дома.

Я рассказывала Беннетту о распечатках в чемодане Натана, о журналистке из Кентукки, о том, как Натан меня выследил. Тут он не выдержал:

– Кто такой Натан?

Боже, столько же всего я еще не рассказала.

– Сын Шона Колмана. Парень уже несколько лет мной одержим.

– Ничего себе.

– Да черт с ним, я ведь уцелела.

Беннетт молча дышал в трубку.

– Я слышал, ты звонила сестре, – наконец сказал он.

– Ага, спасибо, кстати. Правда, ее помощь теперь вряд ли понадобится. Натан арестован.

– Так это он убил своего отца?

– Похоже на то. Сегодня узнаю у следователя.

Обещав позвонить сразу как приеду, я нажала на газ. Мне не терпелось поскорее добраться домой. Покончить с расследованием. И еще: я поняла, что соскучилась по своему дому, людям, постоянству. Что у меня теперь было, куда возвращаться.

При виде чужой машины перед домом внутри все опустилось. Я тут же представила себе караулящих меня журналистов. Девочка из Уидоу-Хиллз, замешанная в деле об убийстве. Сколько времени понадобится на этот раз, чтобы ажиотаж стих?

Подъехав ближе, я узнала машину – и человека, сидящего на ступеньках крыльца.

Завидев меня, Беннетт поднялся.

– Не мог не убедиться, что ты действительно цела и невредима.

– Более-менее, – поморщилась я, поправляя дорожную сумку на правом плече. Я оглянулась на пустую дорогу. – Больше никто не появлялся?

– Только твой сосед. Искал тебя. – Беннетт оглянулся на дом Рика за деревьями. – Я ввел его в курс дела. В общих чертах.

Проходя мимо Беннетта, я заметила темные круги у него под глазами, напряжение в плечах. Я открыла дверь и пропустила его в дом, тут же скинув сумку на пол. Беннетт как-то сдержанно улыбался, и я забеспокоилась, что дело во мне, что я опять упустила какой-то нюанс наших с ним отношений.

– Все нормально? – спросила я.

– Да-да, извини. Сегодня в больницу приходила Элизина семья, я не мог сообщить тебе раньше. Мрачный день. Никак не отойду.

– Ох, очень жаль, что пропустила.

Как бы я хотела сказать им, что Элиза была моей подругой, что в короткое время нашего знакомства мне легче жилось, что я скучаю по ней и прошу у них прощения.

– Там целая история. Они боялись возобновления зависимости. После предыдущей работы ее отправили на восстановительную терапию, думали, она больше не употребляла… но, видимо…

Беннетт вздрогнул, мы все-таки многое не замечали друг в друге.

– Что именно она таскала?

– Из больницы? Опиоиды, бензодиазепины. Как обычно. Ее родственники сказали, что она пристрастилась к опиоидам после аварии в юности.

Как и моя мать. Черт, как же я все проглядела? Ведь Элиза даже рассказала мне про свою аварию, про свое пребывание в больнице, из-за которого и выбрала эту профессию. Предостаточно информации, чтобы понять, в чем дело, а я лажанулась.

– Возможно, излишки она продавала, – добавил Беннетт.

А я-то считала, что знаю ее вдоль и поперек. Да, секреты есть у всех.

Беннетт потянулся и со стоном размял шею.

– Сейчас меня подменяют, однако вечером придется выйти в смену.

– Ты в состоянии работать? – спросила я.

– А куда деваться? Ребята из «Скорой» пообещали замену на место Элизы, а та сотрудница ни с того ни с сего вдруг уволилась. Они вроде бы дружили… Сейчас всем в больнице фигово.

– Да уж.

На меня накатила печаль, перемешанная с чувством вины.

– Ты тут одна справишься? – Беннетт оглядел дом.

Натан под арестом в Кентукки, Рик у себя – рядом и бдит.

– Справлюсь.

– Я рад, что все позади. Что все обошлось.

Под ложечкой засосало.

– Боюсь, заваруха только начинается.

Натана нет, но за мной продолжала следить масса людей. Девочка из Уидоу-Хиллз – сначала жертва, потом свидетель. Не будь договоренности, меня могли заставить давать показания в суде. Надо бы уточнить у Ригби. В любом случае ясно: проблемы не закончились.

Беннетт помрачнел.

– Я имел в виду тех, кто тебя выслеживал. До сих пор не пойму, как тебя одну оставил.

Я взглянула на него.

– Кто ж знал.

Кто бы мог подумать, что та история аукнется через столько времени и на таком расстоянии. Через целое поколение. У таких историй нет конца, они только разрастаются.

Беннетт улыбнулся на прощание. Обещал приехать в выходные, обменяться новостями, как будто все вернулось на круги своя. Разубеждать друга не хотелось. Его оптимизм заражал.

Рик не появлялся, хотя я ожидала, что он зайдет сразу после ухода Беннетта.

Я пересекла границу наших участков, обойдя стороной черное пятно притяжения, где был убит Шон Колман. В доме Рика слышалось движение, что-то тащили по деревянному полу.

Я постучала.

– Рик, это Лив.

– Минутку, – отозвался старик, прежде чем открыть дверь.