Она вернулась в свою, точнее теперь их, спальню и закрыла дверь. Сердце сжалось в груди. Она была настолько подавлена, что не верила в возможность выхода, даже когда услышала про него.

Я посидел несколько минут в тишине, наполненной лишь звуком развлекательной телепередачи. Мне нужно ходить в школу, на работу и, в конце концов, лететь на эту встречу, оставив маму наедине с Четом. Я подумывал сменить замки на нашей двери, но это только разозлит его, когда он вернется. И мама все равно его впустит.

– Черт.

Я провел руками по волосам, меня снова окутывала эта гребаная беспомощность и душила на корню зародившееся было радостное возбуждение.

Мне нужна Вайолет.

Я потащился на работу, раздавать дешевые призы в обмен на билеты на «Скибол» и вытаскивать застрявшие в слотах жетоны. Пьяный урод пнул консоль «Мортал Комбат», когда ему надрали задницу.

– Но у меня предстоит встреча с музыкальным продюсером, – пробормотал я.

Слова потонули в море шума и взрывов. Все это казалось нереальным, и таким и останется, пока не расскажу Вайолет. Тогда, возможно, я тоже смогу поверить.

19

Вайолет

Вскоре после девяти я услышала за окном моей спальни знакомый скрип шпалеры. В животе запорхали бабочки. Я сидела на кровати, одетая только в прозрачную майку и короткие шорты, тело в равной степени пронзала нервозность и возбуждение. В последние несколько недель Миллер продолжал вести себя как настоящий джентльмен, целуя и прикасаясь ко мне, не снимая одежды. Хотел не торопиться и убедиться, что я готова к каждому нашему дальнейшему шагу. Но никогда в жизни я еще не была настолько уверена. Никогда еще не была так уверена в нас.

Сегодня вечером мне хотелось показать ему это доверие. Показать свое тело, почувствовать, как наша кожа соприкасается в сотне мест.

Нам не обязательно заниматься сексом, чтобы он понял – я принадлежу ему.

Ночь стояла теплая, и мое окно было открыто. Миллер пролез внутрь и спрыгнул со стола.

– Ну привет, – произнесла я, слегка запыхавшись.

При виде меня он замер. Его голубые глаза, влажные, нежные, буквально впитывали меня.

– Боже, ты такая красивая… – произнес он и прикрыл лицо рукой. Его плечи начали трястись.

Я поспешила к нему.

– Миллер? Эй…

Не говоря ни слова, он заключил меня в объятия и прижался лицом к моей шее. Кожу обожгли горячие слезы, когда я крепко обняла его в ответ и погладила по волосам.

Через некоторое время он отстранился и отвернулся, вытирая щеки сгибом локтя.

– Прости.

– Не извиняйся, – ласково сказала я, в сердце кольнуло. – Что произошло?

– Со мной хочет встретиться один музыкальный продюсер, – хрипло произнес он. – В Лос-Анджелесе.

Я уставилась на него с отвисшей челюстью и прижав ладони к груди.

– О боже мой!.. Боже, Миллер, ты серьезно?

– «Голд Лайн Рекордс» связались с Эвелин через ее видеоблог. – Он недоверчиво покачал головой. – Они даже оплатят перелет и гостиницу.

Боже, сердце разрывалось из-за него, хотя меня и переполняла радость. Он вдруг стал похож на маленького мальчика, который жаждет новой жизни, открывавшейся перед ним, но еще не позволяет себе поверить, что она для него.

– Ну конечно! – воскликнула я, и у меня перехватило горло. – Я знала, что именно такое будущее тебя и ждет. Знала.

– А я нет. И до сих пор не верю. Все кажется нереальным.

Я обхватила его лицо ладонями. В его прекрасных глазах бушевала соленая буря надежды и страха, пока он пытался отыскать правду в моем взгляде.

– Это реальность, – проговорила я. – Это первый шаг. Твой большой прорыв.

Я видела, какая борьба творилась у него в душе.

– С такими, как я, такого не бывает, Ви. Я облажаюсь. Или они только взглянут на меня и сразу поймут, что совершили ошибку.

– Ничего подобного, – возмутилась я, чувствуя вспышку гнева на его отца. За то, что бросил своего прекрасного сына и обрек его на вечную неуверенность. – Такое случается не с каждым. Но ты обладаешь даром, Миллер. Они тебя услышат и сразу полюбят. Как и все остальные.

«Как я».

Миллер помолчал несколько секунд, а потом рассмеялся.

– Боже, какой же я придурок. – Он посмотрел на меня, и впервые его губ коснулась слабая улыбка. – Иди сюда, – попросил он, снова притягивая меня к себе и крепко обнимая. – Я знал, что если расскажу тебе, то все не покажется таким уж безумием.

– Но это и есть безумие, – возразила я и не сдержала смешок. – Безумие мирового масштаба, но я так за тебя счастлива! И ты тоже имеешь право радоваться. Ты меня слышишь?

Он глубоко вдохнул, успокаиваясь.

– Наверное. Просто… столько всего навалилось. Я жутко устал.

– По тебе видно, – согласилась я, убирая волосы с его глаз. – Хочешь поспать со мной?

Миллер ухмыльнулся.

– Сложный вопрос.

Я улыбнулась и обеими руками потянула его к кровати.

– Я имела в виду просто сон. Хотя в этом вопросе я открыта для предложений.

Он устало рассмеялся и сбросил ботинки. Мы легли лицом к лицу, переплели пальцы вместе и блуждали друг по другу жадными, внимательными взглядами.

– Кто еще знает об этом? – спросила я. – Ты рассказал маме?

Он кивнул.

– Она тоже не поверила. Не всерьез. – Его глаза потемнели. – Этот придурок Чет поставил ей синяки.