Читаем Девственный огонь полностью

— Джастин, посмотри сюда! — Энни показала рукой на велосипед, стоящий в холле за шляпной вешалкой. Это была новенькая, сверкающая никелем машина с кожаным сиденьем. Сопровождающая инструкция указывала, что это новая модель женского велосипеда «Колумбия-41».

Джастин осмотрел машину и нахмурился:

— Я говорил ей, что...

— ...у нее не будет нового велосипеда, — закончила Энни. — Ну а мистер Парнелл очевидно подумал, что он у нее должен быть.

— Это прислал Парнелл? — удивленно спросил Джастин. — Это очень дорогая вещь.

— Естественно, — сказала Энни, — Джессика должна вернуть его. Ей неприлично принимать такой дорогой подарок. Но, хочу тебе сказать, это разобьет ей сердце. Девочка в восхищении от Парнелла.

— Неужели? Всего лишь после одного обеда? А почему он позволяет себе присылать ей такие дорогие подарки? Если он думает...

— Джастин, не имеет значения, что он думает. Джессика — очень умная девочка, если он охотник за приданым, она это поймет.

— Пожалуй, ты права, — сказал Джастин. — Она уже видела велосипед?

— Еще нет, и, думаю, не увидит, если ты так и не захочешь купить ей новый вместо украденного.

— Это просто каприз. Невозможно иметь все вещи, которые тебе нравятся, — возмущенно сказал Джастин.

— Джессика не капризна, у нее нет пристрастия к вещам. Она не Пенелопа, я хочу, чтобы ты помнил об этом.

Он вздохнул и опустился в кресло.

— Конечно, она не Пенелопа. Она хорошая девочка. Но до сих пор, когда она меня о чем-то спрашивает, у меня в ушах стоит голос Каллиопы, рассказывающей, что моя первая жена — эта сука! — в его голосе послышалась горечь и злоба, — обокрала и разорила своего отца. Я так боюсь, чтобы Джессика не стала похожей на свою мать, что я...

— Этого не случится, Джастин, — убедительно сказала Энни. — Если она на кого и Похожа, то только на твою мать и на твоего деда. Она прагматик, и склад ума у нее как у Кассандры.

— Ладно, если она похожа на мою мать, почему же она предпочитает велосипед лошадям? Помнишь ли ты, чтобы Кассандра Харт гоняла на дамском велосипеде в шароварах и соломенной шляпке?

— Перестань, Джастин! — смеясь сказала Энни. — Это не шаровары, это бриджи, их одевают все девушки для велосипедных гонок. Ведь проводятся же велосипедные гонки, например, в Далласе.

— Велосипедные гонки! Что в них интересного? Кто их смотрит?!

Энни задумалась, а потом продолжила:

— Что же касается лошадей, то она никогда не будет наездницей. Ты же помнишь, как мучилась бедная малышка, когда лошадь сбросила ее на забор и ребенок сломал руку. Я думаю, у нее навсегда остался в памяти тот страшный день, когда Нед посадил ее на лошадь.

— Малышка тогда вела себя храбро, даже слезы не уронила.

— Уж лучше бы она тогда заплакала, — сказала Энни, — я думаю, она старалась получить твою поддержку.

— Я всегда ее поддерживаю, — сказал Джастин. — Я только не могу понять, почему она так боится лошадей.

— Ладно, боится так боится. И, будь добр, перестань искать в ней сходство с Пенелопой! Будь к ней великодушным.

— Ты же знаешь, как я люблю ее, — проворчал Джастин.

— Я-то знаю, но не уверена, знает ли Джессика.

— Конечно же знает! — воскликнул он возмущенно.

— Вот поэтому проявляй к ней свою любовь чаще, — посоветовала Энни. — Что же касается велосипеда, то ты должен пойти и купить его. Тем временем я отошлю назад тот, что стоит в холле. Я напишу записку мистеру Парнеллу и объясню, как любезно было с его стороны прислать велосипед, но мы не можем принять его, так как у нее уже есть свой. А тем временем ты...

— ...пойду и куплю велосипед, — добавил Джастин.

— Хорошо, — Энни улыбнулась. — Знаешь, о чем я подумала, когда увидела эту машину в холле? Я вспомнила, как ты принес мне седло. Помнишь, что случилось потом?

Джастин помнил. Они поехали верхом, чтобы опробовать седло и... полюбили друг друга.

— Я думаю, надо немедленно пойти к мистеру Парнеллу и спросить, не женат ли он. — Джастин покраснел. Это был вопрос, который Энни задала ему слишком поздно. Недоразумение привело к скандалу и большому горю, потому что Джастин в то время был уже женат на Пенелопе и был уверен, что Энни об этом знала. — К счастью, Джессика более благоразумна, чем я!

— Ты упрекаешь меня тем, что произошло между нами? — спросил Джастин.

— Нет, конечно, — сказала Энни. — Я до сих пор обожаю тебя. А теперь иди и принеси дочери велосипед.

Джастин Харт улыбнулся жене и задержался.

— Позже, любимая. Мысли о том вечере, когда я принес тебе проклятое седло, заставляют меня сейчас подняться с тобой наверх.

Ласково смеясь, Энни сказала:

— Джастин, ты совершенно безответственный отец.

— Может быть, — ответил он, — но я очень ответственно отношусь к своим супружеским обязанностям.

* * *