Поднималось солнце и становилось жарче.

Буль по-прежнему лежал на крыльце. Он вывалил язык и часто дышал.

Надо было по крайней мере принести ему попить.

Алюминиевая миска, которую прежняя хозяйка дала Антону, была все еще у него в руках.

Антон набрал из колонки воду в эту миску, просунул ее через ту же щель, в которую пролез Буль. Сеттер оглянулся на воду, но с крыльца не сдвинулся. Тогда Антон решился и перелез через забор. Он поставил воду рядом с сеттером, и лишь тогда пес посмотрел на Антона, вильнул хвостом, а потом, спеша и расплескивая воду, как в прошлый раз у магазина, принялся жадно пить.

Потом, когда Буль напился, Антон посидел рядом с ним на крыльце, положив руку ему на спину, и пес несколько раз вильнул в ответ хвостом.

…Вчера все казалось простым. «Лишь бы собаку получить, а уж накормить-то ее будет легко», — думал Антон. Но он не подумал о том, где сеттер станет жить. Даже сегодня поместить его было негде. Хорошо, под крыльцом дверца не запиралась, и сеттер, полежав рядом с Антоном, ушел туда. Там была его будка, дом.

Обед Антон решил унести к Булю незаметно для бабушки Насти. Но ведь суп в руках не унесешь. Хорошо, на второе была котлета, и ее Антон спрятал удачно.

Но котлету Буль есть не стал. Он даже не посмотрел на нее, наоборот, отвернулся. Антон боялся теперь выйти с ним на улицу и просидел на крыльце рядом с сеттером до вечера. И до вечера Буль ничего не ел.

А утром Антон уезжал в город. Скоро начиналась школа, и перед школой, как всегда, — медицинский осмотр.

Антон взял из холодильника у бабушки Насти кусочек колбасы, сделал бутерброд и отнес его Булю.

— Вечером приеду, ты не волнуйся, — успокаивал он пса, а Буль и не волновался. Буль, как и вчера, лишь шевельнул хвостом, но на еду даже не посмотрел.

Антон положил еду на лист лопуха в тень около крыльца и побежал к своей даче. Там его ждала бабушка Настя, чтобы ехать в город.

Еще вечером Антон надеялся, что бабушка на дачу вернется. У него была маленькая комната под крышей. Днем, когда солнце разогревало крышу, в комнате было душно и при открытых окнах. Зато вечером от крыши с потолка шло приятное тепло. От сосны за окном шел теплый смолистый запах. По ночам сосна шуршала, поскрипывала, тихо вздыхала. Бабушка раньше говорила, что съездит в город на день и вернется назад. Теперь, по дороге к электричке Антон узнал, что бабушка передумала, решила приехать на дачу лишь недели через две, когда пойдут осенние грибы. Дачу она заперла на все замки, потому что дачники все уже уехали.

Получалось, что и комната Антона была теперь заперта.

Копилка

В электричке Антон не переставал думать о Буле.

Бабушка Настя заговаривала о чем-то. Он не слышал ее, лишь кивал головой. Она проверяла варенье в кошелке, вновь говорила. Антон же думал только о Буле.

Сеттера подстерегали опасности со всех сторон.

Во-первых, он по-прежнему не брал еду, а только пил.

Во-вторых, его легко мог украсть любой вор.

В-третьих, если Буль выйдет на дорогу, его могут схватить собаколовы и отправить на усыпление.

И он, Антон, еще не став как следует хозяином, уже бросил сеттера, едет по своим делам в город.

Бабушка Настя довезла Антона до Колокольной улицы.

Дома их ждала мама.

— Все одна живешь, сама по себе, — сказала бабушка, пробуя суп из тарелки с синими цветочками.

— Почему же одна, теперь вот Антон приехал, снова будем вместе.

— Выходила бы ты замуж, — сказала бабушка, продолжая хлебать суп.

— Это за кого ж? — спросила мама, глядя в сторону.

— А хоть бы за милицейского, который к вам на чай заходит. Это ничего, что ты — врач, а он — сержант. Главное, чтоб человек был добрый.

Мама негромко и грустно рассмеялась.

Такие разговоры бабушка Настя заводила всегда, когда видела маму. Антон слушать их не любил, и старался быстрее уйти. И сейчас — тоже, он быстро поел и побежал на осмотр в школу. Он привык, что в жизни их только двое: мама да он.

На осмотр собрался почти весь класс.

Каждый рассказывал свои новости, кто где летом был, что делал. Антону тоже хотелось рассказать про Буля, но он молчал, потому что о сеттере рассказывать было пока нельзя.

Осмотр длился долго — была большая очередь.

«Как осмотрюсь, так на дачу к Булю поеду», — думал Антон.

Но на дачу ехать ему не пришлось.

Когда он вернулся домой, бабушки Насти уже не было. Антон надеялся, что мама тоже уйдет на вечернее дежурство в «скорой помощи». Он еще деньги хотел взять из копилки, потому что других денег на еду для Буля у него не было.

— А мы с тобой в кино идем, — сказала мама. — Я так по тебе соскучилась! Сегодня у меня выходной, я уже билеты взяла.

А Буль оставался на даче один. Без еды и питья.

Во время фильма все зрители громко смеялись, потому что показывали комедию. Мама тоже смеялась. Лишь Антону было странно и неприятно — чего смешного все они находят в этом скучном фильме.

Утром он проснулся рано и все ждал, когда же мама уйдет на работу.

— Ну что ты так рано проснулся, вставай завтракать, если не спишь, — сказала мама. — Вставай, вставай, дружок, и скушай пирожок, — пропела она.

Она и в самом деле, успела к завтраку испечь пирожки.