Читаем Девятый круг полностью

Такси доставило его к подъезду казино в пять пятнадцать, аккурат к открытию игорного заведения для широкой публики. Автобус ИМСЕРСО [14]высадил у парадной лестницы группу пенсионеров, приготовившихся со вкусом спустить свои пенсии в рулетку. Себаштиану свернул вправо, оставив помпезное здание слева от себя, и дошел до парковки, где насчитал около двух десятков машин — они, вероятно, принадлежали персоналу казино. В отдалении, почти в самом конце паркинга, он заметил переносные знаки, запрещающие стоянку, и направился к ним. По пути он цепким взглядом осматривал площадку, запоминая каждую деталь. Преступник подкараулил Хуана, когда тот покинул игорный зал. Следовательно, убийце пришлось долго ждать, не выпуская из поля зрения двери казино. Где он при этом находился? Действуя грамотно, он должен был наметить по меньшей мере два наблюдательных пункта: главный и запасной — на случай если подъехавшая машина вдруг закроет ему обзор. Себаштиану приблизился к четырем запрещающим знакам, опутанным длинной желтой лентой. Отмеченный таким образом полицией прямоугольник пять на три метра обозначал место, где стояла машина, куда силой затолкали Хуана. Себаштиану присел на корточки и принялся внимательно изучать землю на огороженной площадке. Первым делом в глаза бросились следы работы криминалистов: кое-где на крупных булыжниках еще белели пятна порошка. Эксперты явно искали отпечатки пальцев преступника — в пылу борьбы он мог невзначай коснуться мостовой руками. Повернув голову, Себаштиану удостоверился, что с этой точки вход в казино виден превосходно. Он удовлетворенно хмыкнул. Теперь остается определить, где преступник облюбовал себе запасной наблюдательный пункт.

Себаштиану пытливо огляделся по сторонам. На расстоянии примерно пятидесяти метров от очерченного прямоугольника рос кустарник, достаточно густой, чтобы послужить неплохим укрытием. Правда, с этой позиции подходы непосредственно к предполагаемому месту похищения не просматривались, зато всякий, кто направлялся к стоянке от парадной лестницы казино, был как на ладони. Португалец не поленился дойти до живой изгороди и еще раз снова прикинул угол обзора. Все верно, видимость прекрасная. Он раздвинул ветви и заглянул в глубь кустарника. Возможно, ему посчастливится найти, например, окурок, пригодный для анализа ДНК, или же отпечаток ботинка. Около десяти минут он шарил в кустарнике, стараясь ступать осторожно, чтобы ненароком не затоптать след. «Поразительно, сколько вещественных доказательств попросту не замечают на месте преступления», — любил повторять один из его приятелей из Скотланд-Ярда в Лондоне. Вздохнув, Себаштиану присел на корточки. Он до сих пор не уставал удивляться превратностям судьбы: как вышло, что он, португалец по происхождению, обосновавшийся в Лондоне, профессор университета, человек академического склада, пришел в итоге к сотрудничеству с полицией разных стран? Слишком часто этот мир содрогался при появлении очередного жестокого убийцы, общество буквально задыхалось в опутавших его петлях насилия, словно жертва в кольцах удава. Себаштиану невесело усмехнулся.

Наконец Португалец выбрался из кустарника и вернулся к тому месту, где убийца поставил машину. Начав от угла, он повернул налево на девяносто градусов и медленно пошел вдоль ленты: площадка соответствовала примерно габаритам легковой машины плюс метр с каждой стороны, и внутри ограждения полиция перевернула каждый камень. Себаштиану двигался неторопливо, маленькими шагами, уставившись в землю перед носками ботинок. Обойдя площадку по периметру, он отступил на полметра и повторил кругосветное плавание; оно также не дало результатов.

Себаштиану выпрямился, подбоченившись, и в сотый раз заскользил взглядом по каменистому прямоугольнику, как вдруг краем глаза уловил серебристое мерцание или отблеск у основания одного из запрещающих знаков. Он нагнулся и вдоль края круглой подставки запрещающего знака обнаружил осколки стекла, перемешанного с галькой. Себаштиану аккуратно передвинул знак, освободив пятачок земли под ним. Достав ручку из внутреннего кармана пальто, методично принялся ворошить стеклянное и каменное крошево, пока не выкопал осколок приличного размера. Осторожно перевернув его, Себаштиану увидел, что на обратной стороне сохранился кусочек наклеенной этикетки. И хотя осколок размером не превышал одного квадратного сантиметра, по его форме легко было догадаться, что он является частью растертой в пыль ампулы, раздавленной скорее всего колесом какой-нибудь машины. Себаштиану с возмущением воззрился на запрещающий знак и покачал головой. Кто же ухитрился так метко водрузить знак прямо на осколки? Он тщательно изучил обрывок этикетки и попытался разобрать надпись: «Инсул…» Инсулин. Брови поползли вверх. Этикетка мало пострадала, да и края стекла выглядели довольно острыми, не стершимися и не осыпавшимися. Значит, осколок пролежал на земле очень недолго.

— Послушайте, вам нельзя здесь находиться.