– Это же аптека. Там разве нет сигнализации? Люди пробираются в аптеки, чтобы украсть наркотики, – сказал Тристан.

– Он сказал, что у него только камеры стоят на складе, и над прилавком. Эта кладовая в конце коридора, далеко от аптечного склада.

– Все равно это проникновение со взломом.

– Мы там можем найти важные улики, относящиеся к исчезновению Кейтлин, а это может привести к уликам по делу подражателя. Если мы реально собираемся стать частными детективами, нам придется идти на риски. Я бы не пошла на это, если бы не знала код и у нас не было такой возможности, – сказала Кейт.

– Кейт, я смотрю полицейские детективы, – сказал Тристан. – Если мы… – Он замолчал и дождался, пока пожилая пара, протискивающаяся мимо них со стаканчиками кофе, окажется вне зоны слышимости. – Если мы выкрадем фотографии и захотим потом использовать их как доказательство, суд их не примет.

– Да, не примет, если обыск был проведен без ордера. Но что, если мы узнаем на фотографиях каких-нибудь людей или какое-то место? Возможно, мы сможем найти место, где находятся останки Кейтлин… Тристан, Шейла и Малкольм попросили нас найти ее, и мы сказали, что попытаемся. Представь, если мы всего-навсего пройдем через открытую дверь, а в итоге найдем ее тело? Они тогда смогут ее похоронить по-человечески.

Тристан молча потер лицо руками, глядя на море за окном.

– Ладно, давайте поедем.

52

Питер пришел в себя через несколько мгновений, после того как его ударили электрошоком. Он лежал лицом вниз в углу кабинета для групповой терапии, закованный в наручники. Сверху на нем сидел Уинстон, всей своей массой прижимая его к полу. Одной рукой он прижимал голову Питера, а в другой держал рацию и вызывал подкрепление.

Питер покатал во рту кусочек кожи, пососал его, а затем проглотил. Он порадовался, что его голову не развернули к стене и он мог наблюдать поднявшуюся вокруг него суматоху. Белые стены, точно так же, как и пациенты, были покрыты мелкими брызгами крови. Неда, Дерека и Мартина держали санитары. Мартин извивался и выворачивался. Пускающий слюни Дерек совершенно не сопротивлялся, а Нед был слишком мелким и хилым, чтобы отбиваться, поэтому он просто орал бешено вращая белесыми глазами.

– Скажите мне, что происходит! Я чувствую кровь! Чья это кровь?

Жирный Генри свалился со стула, и двое санитаров тщетно пытались поднять его на ноги, то и дело поскальзываясь на растекающейся из под тела Мередит луже крови.

Санитары делали все, что могли, чтобы спасти ее, но Питер видел, что она была уже мертва.

– Оружие! Где? – кричал Уинстон.

– На полу, рядом с ее стулом, гребаные идиоты! – заорал Мартин, продолжая отбиваться от державшего его санитара. Изогнутый кусок металла лежал в луже быстро сворачивающейся крови.

– В шестую комнату, крыло G, срочно нужно подкрепление. Код триста восемьдесят один, повторяю, триста восемьдесят один, – проговорил Уинстон в рацию.

Питер видел, что никто не мог поднять скобу с пола, так как у всех были заняты руки.

Через пару секунд в комнату ворвались восемь санитаров и парамедик с медицинским чемоданчиком. Дерека, Неда и Мартина вывели из комнаты, а следом за ними выкатили и Генри, которого силами троих санитаров удалось усадить в инвалидное кресло, оставившее за собой кровавые следы на плитке.

Питера окружили четыре санитара, Уинстон так и продолжал сидеть на нем сверху, и Питер почувствовал укол шприца, из которого ему вводили снотворное. Хаос, царящий в кабинете, растворился в белизне.

Очнувшись, Питер почувствовал, как в лицо ему подул холодный ветер. Он был прикован к каталке, которую везли от главного корпуса Баруэллской лечебницы в сторону изолятора, отделенного от всех других оградой с колючей проволокой. Он не мог пошевелиться. На нем была смирительная рубашка и капюшон, а ноги были привязаны к каталке. Он поднял голову и, наклонив ее назад, увидел Уинстона, толкающего тележку с каменным, отрешенным лицом.

В месте, где дорожка огибала главное здание, напротив дальней стены ограждения, он увидел красный вертолет скорой помощи. Два парамедика загрузили в вертолет пустую каталку, а затем сами забрались внутрь, и двигатель тут же заработал.

Мередит Бакстер не понадобится скорая, думал Питер. Она не спеша отправится прямиком в морг.

Изолятор отстоял от всех остальных корпусов лечебницы и располагался прямо напротив стены ограждения. Им пришлось какое-то время подождать у тщательно охраняемого входа, прежде чем входная дверь с жужжанием открылась. Питер услышал грохот вертолета, поднявшегося в небо, и увидел, как он закружил над лечебницей.

Уинстон, по-прежнему не проявляя никаких эмоций, оставался в изоляторе, пока Питера осматривал главный санитар – крупный лысый мужчина, лицо и руки которого были покрыты мелкой сыпью. Питера привели в маленькую комнату, где отвязали от каталки и предоставили самому снять одежду. Грубый лысый санитар полностью его досмотрел. Затем ему выдали кусок мыла и отправили в душ.