Читаем Девять миров свободы 7 полностью

Конечно, когда им позвонили и сказали, чтобы приходили на собрание для получения очередного задания, ученые немного расстроились, потому что только-только начали лучше узнавать друг друга в этих беседах. Марвин замечал, что иногда они вели разговоры в бюро в разных мирах, что люди менялись. Он, видя несостыковки и многие доли вероятностей, понимал, что близится нечто большое и неприятное, тем не менее не придавал этому значения – было как-то очень сложно просыпаться в эти моменты. Обычно сознание было сонным, ходило-бродило по этим местам.

Ученые пришли в кабинет, где им сообщили, что сейчас они едут в определенный город, в котором происходят какие-то высокие черные вихри по ночам, и об этом говорят люди.

– Нужно посмотреть, что произойдет дальше, – не терпящим возражений тоном сказал Марвину начальник.

Славик и Марвин переглянулись, убеждаясь, что им обоим это задание не понравилось. Хотя среди ехавших с ними были и те, кто обрадовался этому.

– О, классно, черные вихри!

Марвина передернуло: он прекрасно понимал, что такое вихрь, и знал, что если его видно в темноте, то ничего хорошего ждать не следует, да и делать там нечего.

– В лучшем случае мы их увидим, постоим и посмотрим, как они крутятся. И на этом все, – недовольно произнес он. – Но это в лучшем случае. А если в него затянет? А если порвет? А если случится что-то еще?

Но делать нечего – собрались и поехали. Путь прошел опять-таки в разговорах. Это приятно и весело, но Марвину не давало покоя само это понятие «черный вихрь». Представлять это ему было неприятно и тяжело, как и то, что будет дальше.

Группа получила координаты вихрей и данные, что они происходят там практически постоянно. На тот момент Марвина назначили одним из руководителей этого проекта локальной территории, поэтому он предложил взять с собой хорошую оптику с видеозаписью.

Они сняли гостиницу где-то в километре от черных вихрей. Там был огромный водоем или море, точно ни Славик, ни Марвин сказать бы не смогли: все реальности смещены, потому что когда приезжаешь туда, очень трудно прийти в осознанность, ведь всегда прыгаешь в какие-то миры. Несмотря на то, что это физическая реализация мира ученых, так как они практикующие люди бюро, то всегда попадали в не совсем стабильные миры. Потому они и сняли гостиницу где-то в километре от того места, чтобы было и недалеко, и можно было что-то разглядеть.

Также им выдали замечательную хорошую оптику, снимающую в темноте, какие-то чувствительные аппараты, и они приступили к работе. Сели на балконе, собрали камеры, поставили их в нужном месте и пошли гулять. Наслаждались местной кухней, разговаривали, что-то пили, видели огромные толпы неоргаников.

Вокруг происходили огромные низковероятные события: билась посуда в разных местах с одинаковым звоном, к ним подходили и задавали странные вопросы маленькие мальчики, что-то предлагая. Причем не купить, а как-то совсем по-другому, здоровались. Все это было жутко, на Марвина это нагоняло страх, и он не хотел этого делать. Но бывают моменты, когда хочешь или нет, а берешь и делаешь даже через свой страх.

Когда группа поднялась наверх, разыгралась гроза, а все помнили, что в грозу черные вихри не проявляются. Но для вида они немного посидели на балконе, посмотрели через светочувствительные камеры, но ничего не обнаружили.

Так было еще дней десять-пятнадцать: абсолютное издевательство местных неоргаников, постоянные непонятности и никакого появления вихрей. На шестнадцатый день Марвин и Славик сидели вдвоем, остальная группа где-то гуляла. Вдруг Марвин пристально на что-то уставился.

– Слава, – почему-то шепотом произнес он, – видишь черное в темноте?

Славик поднял брови и уже приготовился рассмеяться, посчитав это шуткой: ну какое черное в темноте? Как можно увидеть черное, которое как-то излучается? Да никак. Но потом он перевел взгляд в темноту и открыл рот: тоже различил два подходящих черных вихря.

Они шли где-то вдалеке в море, Марвин попытался сфокусировать камеру, но даже дорогих оптики и светочувствительной матрицы не хватило, чтобы что-то особо разглядеть.

– Ничего не видно толком, – взволнованным голосом сообщил Марвин. – Только какие-то черные полосы непонятные.

– От них жуть берет какая-то, – пробормотал Слава.

– Да, согласен. Я тоже чувствую ужас, когда смотрю на них.

Они наблюдали за перемещениями вихрей. Полосы начали смещаться к берегу именно в том месте, где выходила небольшая речушка. Там же стояла какая-то гостиница, огромное заброшенное здание. И в том месте они начали подходить к берегу и что-то крутить.

Марвин навел камеру, в которую было видно вихри. Вдруг его плечо затормошил Слава, увидевший подсветку в воде.

– Смотри, водолазы плавают, ищут что-то, – произнес он. – Свет такой голубой, ныряют.

Рис. 12. Портал из минусового мира