«Часто наши люди, пытающиеся все происходящее на работе связать с силами добра и зла, приводили массу различных примеров, когда им казалось, что работает какое-то зло. В нашей постоянной практике же нам всегда приходилось успокаивать именно этих людей и объяснять, что глобальное зло наверняка не будет заниматься столь мелкими вещами, несмотря на то, что для кого-то они могут быть важными. Не нужно во всем это видеть.
Как бы ни выглядело, какое шаблонное поведение ни носило бы – с реальным злом на практиках мы почти не сталкивались. Обычно это были воплощенные личности, берущие такую роль на себя, которую им никто не выдавал. Может, они думают о себе так и пытаются всему этому соответствовать. Они зачастую ярко видны, ярко выделяются среди всех: и неоргаников, и определенных существ, происходящих в этих мирах и находящихся там. Очень ярки, их видно издалека. Но – повторюсь – мы никогда не пытались их классифицировать и вводить в ранг зла, потому что понимали, если бы у них были развязаны руки и они были бы злом, то действовали бы совершенно по-другому. Наши знания, почерпнутые из различных книг, говорят о том, что действия носили бы абсолютно разрушительных характер. Поэтому мы не пытались все это найти.
Но из года в год кто-то из членов групп бюро какого-то конкретного города всегда зацикливался на этом. Говорил, что не будет выполнять задание, потому что оно связано с взаимодействием со злом, что оно его разрушает, что там сущности абсолютно темной природы. В таких случаях собиралась группа из другого города и ехала в поддержку этому специалисту. Группа проверяла, является ли это тем или чем-то иным. Хотя когда мы ехали, то смеялись сами над собой – как мы можем проверить то, чего не знаем?
Но нам сказали ехать – и мы поехали. В 99 % случаев мы наталкивались на бред члена группы соседнего города, навыдумывавшего себе страхов, потому что у него совместились какие-то фильмы и книги. Но были определенные случаи, которые можно было назвать пульсацией, происходящей из очень жесткого мира. И потому конкретно по этим случаям, которые мы выявляли, тут же давали обратную связь, что там негативная жесткая энергия, несущая в себе тотальные квазиэмоции. И тогда в таких конкретных случаях этим занималась всегда старшая группа, простые группы туда никогда не привлекались. Но мы понимали, что и у старшей группы может и не быть такого опыта.
Зачастую все эти задания, которые были в бюро, аннулировались, потому что в них не было смысла. Нам не было смысла наблюдать за тем, что является очень разрушительным, если оно не несет локальное разрушение и просто находится там. Ведь даже наши действия и наблюдение могли как раз сыграть в негативную сторону. Если бы это делали, наблюдали, то это могло что-то поменять. Поэтому большинство таких заданий были аннулированы и носили отпечаток в наших сознаниях чего-то жесткого и опасного, что подходило к нам близко, но мы не стали в этом участвовать – поняли, что это что-то серьезное».
Из дневника Славика
