Читаем DEVIANT полностью

Иногда по утрам, кроме кофе и запеканки, я делаю еще такую вещь: открываю ноутбук, сидя на кровати, и начинаю гуглить.Кроме интереса, это, наверное, для меня такое действие в чистом виде, имитация жизни – как закурить, пожать плечами, потереть руки. Я делаю вид, что не просто существую, не зная, что делать с этим очередным внезапно свалившимся на меня днем, а действительно проникновенно так живу. Вот у меня начинается день, практически рабочий. Я включаю ноутбук – вообще-то по правилам я должен проверить все свои почтовые ящики в порядке строгой очередности, но нет, сейчас я этого не делаю, чему несказанно рад. Я знаю, что ничего важного там не будет, и поэтому отучил себя от Gmail, Outlook, Mail.Ruи всего прочего.

Стоит признать, что это было непросто, это же такое же действие, просто действие – ты щелкаешь по клавишам, удаляешь спам, отвечаешь, откладываешь, откладываешь в долгий ящик. Это все совершенно бессмысленно. и тем более не имеет никакой ценности для меня, который сейчас далек от всей этой суеты. Мне уже не нужно заполнять пространство действиями, борясь, таким образом, с пустотой. Я, наоборот, беспокоюсь, что пространства когда-нибудь может не хватить, а нам еще так много хочется туда вместить.

Таким образом, я не проверяю почту. Зато наблюдаю за тем, что выдает Googleна мои тематические запросы. Но, конечно, в художественном контексте. Все остальное я уже изучил в начале и больше к этому возвращаться нет сил. В общем, не так много, оказывается, пишется, снимается и говорится про таких, как я. Хотя я пока себя к этой «субкультуре» не отношу и называть ее местоимением множественного числа от «я»не хочу.

Все-таки я случайно сюда попал, хотя ни в коем случае не ищу этому оправдания. Просто то, что про «мы», оно на самом деле про addictionи меньшинства. А я не наркоман и не гей. Хотя это уже не принципиально.

Художественности в этом мало. Много всякого предостерегающего, где все в красках расписано, очень натуралистично, до тошноты. Но также и неправдоподобно. Даже если с этим поспорить, в любом случае нужно быть мазохистом, чтобы такое дочитать до конца. Да и если дочитать, то уж тем более ты не сделаешь никаких выводов, разве что отвращение в сухом остатке – к этим бедным людям. Действительно, ничего кроме презрения и отвращения эти популистские импровизации не вызывают. и в конце концов они порождают не осторожное и бережное отношение к собственной жизни, а опасения по отношению к окружающим. И если ты воспитан на этой псевдонаучной мути, то, встретив больного человека, ты рефлекторно побежишь мыть руки, принимать душ, побрызгаешься чем-то для профилактики. Да, там этого не сказано, но естественная реакция организма будет именно такой. Естественное отторжение – и болезни, и всего человека.

А с позиции художественного вымысла не очень много интересного, хотя, казалось бы, чем не проблематика XXI века, которую надо бы поднимать, выносить на суд публики.

Может, сложно. Может, страшно. Мне почти уже не страшно, хотя, конечно, легко не бояться в те дни, когда хорошо себя чувствуешь. Это примерно то же самое, что оказаться на кладбище, особенно на каком-нибудь «престижном» – Ваганьковском, например, в хороший солнечный день. Кажется, что ты вообще в музее, что это просто историческая достопримечательность, а смерть – просто выявленная кем-то закономерность, и если даже и существует, то страх уж точно не должна внушать.

И на одном из этапов моих поисков я наткнулся на фильм интересующей меня тематики. Польский фильм, называется «Кто никогда не жил». Читал про него на русском, рецензий немного – он показывался на Московском фестивале, по-моему, даже в конкурсе. Точно в конкурсе – ему и победу прочили.

И на чью же рецензию я наткнулся?.. Да, помню, она тогда освещала ММКФ, целыми днями и вечерами там пропадала. Мы еще в университете учились. Правда, были каникулы. Я уехал на месяц в Лондон, и когда бы ей ни позвонил – то она была на просмотре какого-нибудь фильма, то на пресс-конференции, то писала второпях какие-то подводки, или они снимали. Возможно, в тот момент, когда я ей звонил, она как раз писала про этот фильм. Ирония судьбы.

Мне кажется, она тогда была счастлива. В этом-то наша вечная проблема – мы вместе счастливы, но счастливы каждый по-своему.