Читаем Девяносто… полностью

Тревогу ночей и спокойствие дней.

Хоть годы идут, а любовь всё сильней…

И ещё один стишок. На этот раз я сказал его с поднятым бокалом.

Дома, в клинике, в работе

Все нуждаются в заботе,

И не может даже БАМ

Без доцента Явербаум

Защита в Ученом совете АМН в Иркутске. Защищается кандидатская диссертация врача НМТК хирургии глаза Городецкого по специальности патологическая физиология. Защита прошла великолепно, все «за». После защиты я поздравил диссертанта:

Вот перед нами Городецкий

Сегодня выиграл важный бой,

Гордись, дружище, молодецкой

Своей еврейской головой!

После моего приезда в Москву я встретился с коллегой в его частной клинке и немного поговорил об Иркутске, и он проконсультировал меня как пациента.

Свадебный банкет. Бракосочетаются Миша Гринберг и Эмма Литинская. Миша – мой родственник – сын брата моей бабушки Фени (Фрейды Явербаум (Гринберг)). Отличный парень! Мишина работа связана с аэропортом. Его жена Эмма – профессиональный музыкант Гостей, помню, собралось много. Я сказал несколько тостов – сходу сочинённых стишков, и вот парочку помню:

Любите, живите дружно,

И чтоб очаг не зачах

Жене уступать нужно,

Но уступать в мелочах.

Миша, любовь ты дари ей,

скрепите жизнь мощной клеммой.

Гордись, что есть в музыке

Гринберг Мария

А в авиации – Гринберг Эмма!

(Кстати Гринберг Мария Израилевна – выдающаяся российская пианистка прошлого века, лауреат международного конкурса пианистов, профессор Московской консерватории, Заслуженная артистка РСФСР. Есть с кого брать пример…)

Иркутск, очередная пятилетняя традиционная встреча выпускников нашего курса. Кажется, это была уже одна из последних наших встреч. Всё ведь в жизни кончается. На эту встречу съехались, кто ещё могли… Многие уже завершили жизненный путь, а кто остался – тот был либо нездоров, либо помогал водиться с внуками или с правнуками, либо не было уже сил на поездку в Иркутск. Но всё-таки кое-кто приехал. Все мы помнили такую пару – Галю Гулькович и Юру Губова. С первого курса они сдружились, но дальше их пути разошлись. Юра поступил в аспирантуру по хирургии детского возраста в Москве, а Галя поехала в одну медсанчасть неподалеку от Иркутска. И вот через много лет они встретились. Юра приехал на эту встречу выпускников грустный. Вид у него был нездоровый (как мы потом узнали, у него была серьёзная болезнь), а Галя говорила шёпотом – у неё болело горло. В конце вечера они оказались рядом и о чем-то тихо говорили. Я вспомнил студенческую молодость и прочитал для них стишок:

Галочка, голуба-

тонкий ум, красивый волос,

села рядом с Губовом,

потеряла голос…

Несколько слов о Софочке Шиф (теперь она Калинина). После института она работала в НИИ травматологии и ортопедии, защитила кандидатскую диссертацию. Всю организацию наших встреч она взвалила на свои плечи. А это большая работа! Ей я посвятил следующие строчки:

Талант врача и поэта

Нам выдала Софочка Шиф.

Как ты мила при этом,

Прошлое взворошив.

На научной конференции, посвящённой токсическому действию свинца и влиянию магнитного поля. Ещё далеко было до развала Советского Союза, конференцию проводил филиал НИИ гигиены труда и профзаболеваний Казахской ССР в Усть-Каменогорске. В Иркутск пришло приглашение мне и старшему научному сотруднику нашей лаборатории Л.В.Забродиной – она занималась изучением влияния магнитного поля, я – свинцом. После конференции был, естественно, банкет. Народу было много, но мне все-таки удалось выйти «в группу лидеров». Все уже прилично набрались (и я в том числе). И вдруг, далековато от меня раздался энергичный женский голос: «А знаете, что женщина любит ушами…» Я прислушался и моментально попросил слова. Когда эта женщина – довольно симпатичная – закончила говорить, и я ответил на её тост:

Женщина любит ушами,

С этим я в общем знаком.

Мужчина же любит глазами,

Но женщина тоже ещё – языком

Банкетный зал замер…Видимо все обдумывали мои слова. Потом раздались аплодисменты. Подводя итоги конференции, я сказал:

Всем стало ясно – у свинца

начало есть, но нет конца.

Но и для древнего магнита

проблема тоже не закрыта!

Ну и, наконец, последнее четверостишие. Оно, можно сказать, завершает раздел стихотворных тостов. Впервые, кажется, оно было «обнародовано» на дне рождении моей родственницы Любы Пляскиной (Вассерман). Присутствовала многочисленная родня, дочь Любы тогда прилетела из Израиля. Я продекламировал стишок, который, казалось мне, был достаточно удачный – последующее его прочтение на различных «сборищах» имело успех. Оставлю его здесь:

И я смолчать уже не мог,

все повторяют Любы имя.

Мужчины все у Ваших ног,

и я хотел быть между ними.

Успех был… Кроме всего прочего, это творение можно было читать на любом банкете, только если виновница торжества женщина.

Ну вот и всё из прошлых стишков. Теперь – несколько из настоящего времени. Они все посвящены окружающим меня сейчас людям. Живу я с осени 2013-го на подмосковной даче моего младшего сына Петра и невестки Оксаны. К каждому праздничному застолью стараюсь придумать родным и друзьям какой-то стишок. Начну со стихов сыну – нет для меня более близкого и дорогого человека…