– Я не буду счастлив без тебя, – он говорит это и в этом нет ни грамма пафоса. Мне очень сложно. Я не понимаю, что мы делаем и это непонимание преследует меня уже не один год. Он дает силы жить и забирает последние. Эти отношения носят какой-то больной характер. Я запуталась. Окончательно и бесповоротно. Когда его нет, я скучаю и не нахожу себе места, переживаю и дергаюсь. Когда он рядом все сбивается. Мы счастливы, но в тоже время его вечные девушки, наркотики, езда в пьяном виде, ревность, компания – все это настолько не мое, что хочется отгородиться и не быть связанной ни минуты со всем этим. Правда последние месяцы он ведет себя до неприличия прилично, но я не могу избавиться от мысли, что это лишь затишье перед бурей, игра. Нет, я больше не могу так. Я уже верила, что он изменился и…ошибалась Мне необходимо время, чтобы разобраться со всем этим. Пообщаться спокойно, не боясь с другими. Я не могу общаться с другими людьми, когда он рядом. Во-первых, потому что уже были прецеденты, когда мне приходилось разнимать Криса и моего потенциального молодого человека, а во-вторых, потому что стоит появится Крису на горизонте, я сама почему-то отменяю все свидания и встречи с другими, потому что ловлю себя на мысли, что мне ничего не важно, кроме как побыть с ним. Ни с кем так не интересно, как с ним, никого не хочется узнавать, как его. Поэтому к его отлету у меня двоякое отношение. С одной стороны я уже представляю, как сложно будет не видеть его раз в две недели, не обнимать за плечи, не хохотать в голос с его шуток, не забрасывать босые ноги на бардачок его машины, не сходить с ума целый день, не обсуждать вместе музыку, книги, фильмы, сериалы, учебу, одногруппников, преподш и домашние проблемы. С другой стороны…я не могу понять, что с другой стороны. Но я хочу узнать жизнь, с другой стороны. Я стала настолько уверенной, как он и хотел, что готова сама решать, как жить, с кем встречаться и не ждать целые недели его приезда.

– Пора, – он снова курит, выбрасывает сигарету, и крепко прижимает меня к себе. Его рубашка пахнет его духами, сигаретами и чем-то еще неуловимым, но таким его. Эти три запаха всегда так здорово смешиваются, я это обожаю. Он тоже не может надышаться моими волосами, зарываясь лицом в мою макушку…

– Ты ведь приедешь? – немного жалобно спрашивает он, и я, наверное, в сотый раз торжественно повторяю, что приеду. Мы идем к машине, и он завозит меня домой. Мне бы хотелось написать, что мы еще долго целуемся в машине и не можем оторваться друг от друга, но это не правда. Он опаздывает, ему еще надо ехать домой в соседний город, а это никогда не известно, как быстро пройдет, собирать вещи и ехать в аэропорт. Прощаемся мы изо всех сил легко, так как будто встретимся через пару недель.

– До встречи

– Хорошего полета, – еще не зная, что не встретимся больше никогда. Если бы люди знали, что прощаются навсегда наверняка они бы вели себя как-то по-другому и относились к этому серьезнее, а некоторые может и не попрощались бы, зная, что это в последний раз. Но увы, людям не суждено предугадывать наперед, как повернется жизнь. Поэтому он крепко обнимает меня, а я, помня поговорку «долгие проводы, лишние слезы», легко выпархиваю, и машу ладонью вслед отъезжающей машине, наблюдая как солнце бликует на лобовом стекле и из-за этого не очень четко видно водителя. Я пытаюсь улыбаться. В тот день я забыла букет, подаренный им, на заднем сиденье. И да, видела его в последний раз.

(конец лета 18 лет)

Глава 11