— Но теперь это все не важно! — прерывая мои попытки поговорить, он еще сильнее вцепился в мою руку. Завтра на ней останутся синяки, но эти мысли быстро выветрились из головы, когда он сказал: — Тебе восемнадцать через два дня, мне — через два месяца. Выходи за меня, а? Вот поженимся и больше никто тобой командовать не будет! Обещаю, у тебя будет полная свобода, только будь рядом. Прошу…

— Никита, ты очень пьяный и не несешь ответственности за то, что говоришь. Я обещаю, что не буду тебя осуждать, когда протрезвеешь. Может немного посмеюсь, но… — саркастично протянула я, уже не представляя, как отделаться от него. А главное — чтобы не обидеть! Никита казался таким уязвимым сейчас, что любое слово нужно было подбирать очень внимательно.

— Не-а. Я купил кольцо. Давно еще… Просто ходил с мамой по магазинам и увидел его… Думал, что, если когда-то решусь на что-то подобное, то только оно тебе подойдет. Когда ты пропала в своей Америке, то думал на день рождения послать в виде подарка, но теперь-то, наконец, настало мое время! — он встал с колен и теперь смотрел мне прямо в глаза. — Послушай, я знаю, что рано. Возможно даже не вовремя… Но я больше не хочу ждать! Даже если ты меня не любишь, а просто хочешь сбежать от опекуна — я согласен. Моих чувств хватить на двоих. Никакого давления. Просто… будешь рядом.

Я смотрела на него и сама не верила в то, что сейчас скажу. Но ответ вертелся на языке и эти слова казались мне каким-то откровением даже для самой себя.

Глава 10. Все по-другому

Марк.

Часы показывали десять часов вечера. Я судорожно измерял шагами комнату и постоянно был на связи со своей службой охраны.

— Мать твою, как это "потеряли"?! — заорал я на них так, что у самого в ушах зазвенело, — Мне плевать, что вы были на авто, а этот сопляк на байке. Не рассказывайте мне про московские пробки, потому что это, сука, не моя проблема! Я приказал "ненавязчиво следить за Воронцовой", а вы, по факту, дали ей пропасть в неизвестном направлении.

— Мы вычислили Никиту Орлова по мобильному, до того, как он его выключил, — дал надежду оппонент, но нехорошо замолчал… — К сожалению, мы прибыли в бар, когда те его уже покинули. Свидетели говорят, что они были… очень пьяны и даже пришлось вызывать такси.

— Сука! — ладонь сжалась и кулаком разбила рядом стоящий стеклянный стол. Осколки были повсюду, а алая кровь окрасила белую рубашку и темный пол.

От одной мысли, к чему мог склонить ее этот ушлый Орлов, кровь кипела в жилах. Девушки куда как охотнее идут в спальню, если пьяны. А Алиса очень быстро пьянеет. Если она сегодня не придет ночевать, это… Это будет просто херов ад какой-то! Который я сам для себя устроил!

Я не хотел произносить этого в слух, но вопрос казался слишком логичным:

— Что насчет дома парня. Вы связались с его матерью?

— Так вот, я пытаюсь вам рассказать! — довольно продолжил свой доклад начальник охраны, чем ввел меня в ступор. Она все же у него дома? Даже если сейчас Детка не испытывает особой симпатии к парню, то злость и алкоголь заставят ее натворить дел. Главное, потом не забыть закрыть бар, где несовершеннолетним продают алкоголь… — Мы сделали лучше: нашли их таксиста… Так вот, он рассказал, что они три раза меняли маршрут. Сперва ехали к вам домой, затем остановились на набережной. После чего вернулись в машину и поехали к Орлову. Дальше таксист уехал. До матери Орлова не дозвонились, так что просим у вас разрешения взломать дверь, так как нам никто не открывает.

— Блядский пиздец! — в сердцах закричал я. — Вы бы еще начали докладывать со всемирного потопа, долбоебы? Сука… Господи, за что мне все время попадается такая тупая охрана…

— Марк Дмитриевич, — осторожно позвал меня дворецкий сзади, но я резко отмахнулся от него.

— Ломайте к чертям эту гребаную дверь! Она должна быть дома! Должна быть… — постепенно голос сошел на нет, потому что отчетливо ощутил степень своего помешательства.

С пятнадцати лет я не матерился столько, сколько сегодня. Никогда не думал, что помешательство на девушке может быть таким сильным… Но, боги, чего я добиваюсь? Этот парень, похоже, влюблен в нее. Если она поехала к нему сама, то… это ее выбор. Возможно, ошибочный, но станет хорошим опытом в будущем.

Я пытался убедить себя в том, что должен поступить, как брат и опекун. Хочет она трахаться с этим уебком? Охренеть! Супер. Пусть?! Но, мать вашу, от одной мысли об этом я хочу разнести чертов дом в пух и прах… Может так я смогу унять эту боль, что выжигает нутро и сводит с ума!!! Она не должна. Только не она!

— Марк Дмитриевич, — более настойчиво повторил дворецкий, который все еще дежурил в дверях.

— Значит так. Я все отменяю. Просто проследите потом, чтобы она вышла и добралась домой в целости и сохранности, — видит бог, это были самое сложное решение за всю мою гребанную жизнь. Но кое-что нужно было прояснить: — Но если она будет расстроена или хотя бы просто недовольна… Немедленно доложите мне.