Первым же актом он дал независимость Шлезвиг-Гольштейну, надавив на земельный совет. Пусть Англия и Дания сами успокоят мятежную провинцию, а в Германии, отныне, начнётся порядок и разумная экономика. Год промывания мозгов анонимными советчиками, под аккомпанемент личных болезненных ощущений, выразился внезапной властностью. Бисмарка и министра иностранных дел, столько сделавших для союза с Россией, рейхстаг отстранил. На рассмотрение было выдвинуто решение о разрыве с русскими и заключение такого же договора с Британией. Блин, дай пулемёт гуманисту-либералу и он покрошит всех вокруг. Реальная история опять навернулась с табуретки и пошла кверх тормашками. Евреи-лоббисты активировали своих парламентариев на поддержку любых деяний умирающего.
Новый кронпринц был отправлен в путешествие по Европе, якобы для налаживания связей. На самом деле наследник лишь мешал единственно правильной реорганизации страны. Молодой человек, который в будущем готов "положить всю армию и население, чем отказаться от какой-либо части Германии", вынужденно поехал с визитами, надеясь на скорую смерть отца.
Ещё одно решение, о сокращении численности Рейхсхеера сразу на двести тысяч человек, раскололо парламент. Одни противились ослаблению, а другие поддерживали сокращение расходов. Берлин переполнился возмущениями и демонстрантами. Странный народ, им же делаешь лучше, а они недовольны. Фридрих Третий не понимал почему предложения англичан не нравятся немцам. Он даже свой законопроект об ограничении власти канцлера и императора отложил в сторону, чтобы насильно облегчить жизнь народу. А ведь надеялось, что под руку с женой они станут первыми либеральными правителями, ведя государство к процветанию и мягкости. Мало того, всё пошло наперекосяк.
Личное дружеское послание класса "Фридрих-Алекс" оперативно дошло до адресата. И хотя в нём предлагались "мир, дружба, жвачка" взамен Великого Договора, русский царь отреагировал неадекватно, без "чмоки-чмоков" и "няшечек". Не хотите и не надо, тогда платите пошлины, как другие, никаких привилегий! Мало того, экономический советник с ужасом обнаружил, что металл, поступающий по договору о строительстве супер-магистрали, идёт компании Круппа. А та находится в северной Вестфалии, которая, в свою очередь, является частью королевства Старкшир.
Кроме всего прочего, независимая отныне Голштиния, слишком быстро пополнилась гвардейцами с запада. Нет, не англичанами, которые без решения парламента мухи не обидят, а парламенту нужно солидное время, чтобы просчитать все плюсы и минусы. Самый мирный сосед, быстрожопый, как и все чижики, ввёл пять бригад, чтобы угомонить недовольных. Хорошо, хоть датчане успели своими силами оккупировать Северный Шлезвиг. Войска сошлись на линии ведущей от Фленсбург-фиорда строго на запад. Британцы пока лишь посоветовали Дании крепиться, мол, светлое будущее вот-вот решится в Вестминстере. Но особых гарантий не дали. И надо же случиться столь странному совпадению, что эскадра из Старкшира получила приглашение посетить с дружеским визитом Санкт-Петербург. А что делать, коли следует быть вежливыми?
Когда на траверсе Копенгагена показались корабли, ведомые огромным ракетоносцем, у жителей пробудилась родовая память. Более восьмидесяти лет назад город был сожжён англичанами полностью. Нынешние жители провели шествие ко дворцу короля Кристиана Девятого с просьбой (хотя фатически требованием) не подвергать страну и столицу опасности. Правитель прислушался к народу, а также к своему внутреннему голосу, понял, что тянуть нельзя и связался по телефону со Петром Первым. Нормальный мирный разговор обеспечил быстрое создание комиссии по согласованию границы. Земли к северу от демаркационной линии отошли к Дании, а остальное, ясен пень, досталось наглючам.
Прикольно, но южные шлезвигцы (или как их там называют) быстренько нанялись на высокооплачиваемые работы по изготовлению бетонных столбов, окраске оных и вкапыванию там, где члены комиссии указали. Странно, но вид множества вооружённых людей, подействовал на активистов сопротивления Кильскому каналу. Как-то уж слишком быстро волнения стихли. Хотя, многие простяки даже довольные остались. Всё-таки о прекрасных бенефитах для обычных людей в королевстве Старкшир вся Европа давно наслышана.
— Ну что, Альберт, сколько теперь твоя карта показывает? — поинтересовался Пётр.
— Грозу показывает, англичане нам не простят лишних восемнадцать тысяч квадратов. Обязательно накажут, а Германия уже не защитит.