Читаем Дети пространства полностью

— Это термин из теории социальных систем управления, которую разработал Сергей Щеглов в начале XXI века. Чему вас вообще в школе по истории учат? Впрочем, об этом надо у Миранду спрашивать, а не у тебя, — Мара рассмеялась. — А так вообще-то у нас вполне нормальная армия, вроде тех, какие были в державах XX–XXI веков. Объединенный Военно-Космический Флот человечества.

— А кто назначает главнокомандующего?

— Совет ректоров Военно-Космических Академий всех обитаемых планет.

— А откуда берутся ректоры?

— Так же, как в земных университетах — выбираются преподавателями. И вообще, что это мы всё о моем да о моем? Расскажи лучше, что в нынешнем сезоне хорошего в Опере. Интересно же как-нибудь сходить в Венскую Оперу!

— Эй, нельзя же так обламывать журналиста, почуявшего свежую информацию! — Анджей даже не знал, смеяться ему или обижаться.

— Ещё как можно, — отозвалась Мара. — База космического флота существует на Земле уже почти двадцать лет, и абсолютно никому это не интересно. Сенсации из этого ты всё равно не сделаешь.

— А до того?

— До того Земля как-то выпадала из сферы деятельности Объединённого Человечества. Колонии были сами по себе, материнская планета сама по себе. И почти никто на ней не интересовался космосом. Можешь как-нибудь спросить у Вагабова, насколько двадцать лет назад было сложно организовать планетологическую экспедицию на любую из планет Солнечной системы. Это теперь мы его планетологов по демпинговым ценам возим.

— А откуда вообще взялось это самое Объединённое человечество?

— Надо же, у вас и об этом забыли? В конце XXI века был изобретён межзвёздный двигатель, и тогда Землю покинули несколько миллионов человек, которым было на ней тесно. Прошло это тихо и незаметно. Автоматизированное производство уже тогда было вполне развито для того, чтобы без большого напряжения для экономики построить несколько сотен звездолетов, а потом развернуть такое же производство на вновь освоенных планетах. Сначала предполагалось торговать с Землёй полезными ископаемыми, но это оказалось слишком накладно. А по такой цене Земле это было невыгодно — проще найти заменители здесь, чем возить даже редкие элементы за полсотни парсеков. Поэтому больше ста лет контакты Земли и колоний были практически сведены к нулю. А потом мы столкнулись с Врагом, и нам понадобилась база в Солнечной системе. Да и промышленный потенциал Земли по-прежнему намного мощнее, чем даже у самых древних колоний типа системы Арктура.

— А что сказали тогдашние правительства?

— А что они могли сказать? У них не было ничего сопоставимого ни с объединенным флотом колоний, ни с флотом Врага. И был ультиматум шияаров. Наштамповать боевых кораблей недолго, но где взять конструкторские разработки и, самое главное, обученные экипажи? Собственно, вариантов было два: либо подчиниться Врагу, либо вступить на правах одной из заселённых людьми планет в Объединённое Человечество и принять базу ВКФ. Тогдашние политики сумели сделать второе так, что почти никто ничего не заметил. — Мара подпёрла подбородок кулаком. — А сейчас, смотри, получается очень странная картина: миллиарды людей смотрят «Звёздный патруль», десятки тысяч играют в «Галактические империи» и производят там крайне ценный в Галактике продукт — управляющие программы для космического оружия. И при этом все убеждены, что это не всерьёз, так, фантастика. Даже то, что все достижения колоний доступны для землян, мало кого интересует. У вас до сих пор через океан летают рейсовые винтовые самолёты на аккумуляторах, почти не изменившиеся со времён Экспансии, в то время как на любой другой планете основной вид межконтинентального транспорта — флиттер. Даже службы по борьбе с чрезвычайными ситуациями во всем мире, кроме Австралии, пользуются вертолётами. Да что тут говорить, когда даже сеть спутниковой связи и навигации двадцать лет назад дышала на ладан! Когда появились мы и развернули Терранет, давно выработавшие двойной и тройной ресурс платформы на стационарной орбите были попросту заброшены. Мы их сейчас на металлолом собираем, чтобы кораблям не мешали, — она снова хихикнула. — Причём Терранет обслуживают всего человек сорок курсантов, part-time. А те старые коммуникационные сети обслуживали десятки тысяч человек. И большая часть из них, представляешь, не умела ничего, кроме как администрировать компьютеры!

— Вроде профессия как профессия, — недоуменно пожал плечами Анджей.

— Не знаю. Программировать — это да, способности нужны, талант, а администрировать — это любой уметь должен. Это вроде как мыть посуду или расставлять мебель в комнате.

— Если вдуматься, на Земле есть профессиональные дизайнеры интерьеров, — кивнул Анджей. — А посуду вполне можно вымыть в машине.

— Вот ведь! Проживёшь всю жизнь на планете и не знаешь, какими странными вещами тут люди занимаются! А люди, которые профессионально подбирают книги в домашнюю библиотеку, тоже бывают?