Читаем Дети Линзы полностью

— Мы подвергли Ксилпика самому тщательному обследованию, — невозмутимо продолжал Хейнес, как будто Ксилпик находился не в его кабинете, а на своей родной планете. — Самое ужасное во всей истории, что Ксилпик абсолютно честно рассказывает о виденном им или, по крайней мере, считает, что был свидетелем разыгравшихся на его глазах сцен. Можете называть его рассказ как угодно, — галлюцинацией, наваждением, навязчивой идеей, но то, о чем он говорит, слишком невероятно, чтобы этому верить. И тем не менее, судя по всему, все произошло именно так, и всякие сомнения в психическом здоровье Ксилпика следует отмести как несостоятельные. А теперь, Ксилпик, я попрошу вас рассказать Киннисону то, о чем вы уже поведали членам Совета. Надеюсь, Киннисон, вам удастся извлечь из его слов рациональное звено. Нам это оказалось не под силу.

— Итак, я вас слушаю.

Но Киннисон не только внимательно слушал чикладорца. Как только Ксилпик начал говорить, Серый линзмен проник в его разум. Несколько мгновений ушло на то, чтобы настроиться на волну, на которой тот мыслил. Но зато потом Киннисон как бы своими глазами увидел все, что пришлось пережить Ксилпику.

— Второй навигатор радегелианского космического корабля скончался во время рейса, некогда корабль совершил посадку на Чикладоре, я занял его место. А примерно через неделю вся команда разом сошла с ума. Правивший вместе со мной вахту пилот вышел из-за пульта управления и, схватив кресло, вдребезги разнес автоматический прокладчик курса, после чего перешел в инерционный режим и выключил все навигационные приборы.

Я закричал, но он даже не обратил на меня внимания, а все вокруг вели себя так, словно рехнулись. Я нажал на кнопку срочного вызова капитана, но тот никак не отреагировал. Члены экипажа во главе с офицерами столпились у выходного люка, куда чуть позже прибыли капитан и старший помощник. Меня охватил ужас, но я последовал на некотором расстоянии за ними, чтобы посмотреть, как будут разворачиваться события дальше. Капитан, старший офицер, а за ними и остальные члены экипажа один за другим поспешно скрылись в переходном тамбуре, словно торопясь попасть куда-то.

Ближе я подходить не стал — мне вовсе не улыбалось выйти в космическое пространство без скафандра. Я поспешил обратно в центральный пост управления, чтобы с помощью лучевого детектора осмотреть ближайшие окрестности корабля, но передумал. Если неведомый противник возьмет наш корабль на абордаж, то первым делом нападающие бросятся в рубку — туда, где находится центральный пост управления. Нет, решил я, лучше пробраться на борт спасательной лодки, где также имеется свой лучевой детектор, и оттуда осмотреть окрестности. Так я и сделал. Но каково же было мое удивление, когда я ничего и никого не обнаружил!

Голос Ксилпика чуть не сорвался в крик, но он сдержался, хотя весь разум чикладорца трепетал от некогда пережитого ужаса.

— Спокойно, Ксилпик, спокойно! — мягко произнес Серый линзмен. — Все, о чем вы рассказали до сих пор, имеет смысл. Все превосходно укладывается в единую схему. Вам нечего беспокоиться о том, что ваш рассказ сочтут за плод больного воображения.

— Как? Вы мне верите? — чикладорец в изумлении уставился на Киннисона. С не меньшим удивлением взирал на своего любимца и адмирал Хейнес.

— Да, — твердо ответил Серый линзмен. — Более того, я не только верю вам, но и имею достаточно полное представление о том, что произошло дальше. Продолжайте, пожалуйста!

— Члены моего экипажа выходили из люка и шествовали в пространстве, словно по суше! — розовый навигатор произнес эти удивительные слова несколько робко, но все же достаточно решительно, как невероятное утверждение, которое от повторения отнюдь не становилось более правдоподобным. — Они не плавали в пространстве, сэр, они шествовали, шли, словно под ногами у них была твердая почва! И по мере того, как они удалялись, очертания их становились все более расплывчатыми, пока они совсем не исчезали. Я понимаю, что звучит невероятно, сэр — добавил Ксилпик, обращаясь только к Киннисону. — Я даже решил, что сошел с ума, как все здесь думают. Может быть, я действительно спятил, не знаю.

— Зато я знаю. Вы в своем уме, — спокойно возразил Киннисон.

— Так вот, теперь мы подходим к самому тягостному в моем рассказе. Как я уже говорил, мои товарищи по рейсу словно бы находились на борту какого-то невидимого корабля, одновременно становясь все призрачнее и как бы растворяясь в пространстве. Некоторые из них ложились, а потом… Потом что-то начало снимать с одного из них живьем кожу! И я не выдержал, сэр! Я бросился бежать, забрался в самую быстроходную спасательную лодку, которая была по противоположному от выходного люка борту, и, включив двигатели на полную мощь, устремился прочь, подальше от проклятого места. Вот и все, сэр!

— Не совсем все, Ксилпик, если я не ошибаюсь. Почему вы не хотите до конца рассказать обо всем, чему были свидетелем?

— Сказать по правде, мне просто не хватает духу, сэр. Если бы я рассказал еще немного из того, что мне пришлось увидеть, меня бы сочли сумасшедшим…