Читаем Дети Линзы полностью

Но в центре массивной сферической оболочки теперь что-то появилось. Математик сказал бы, что смутно видневшийся предмет, висевший в центре сферы, сам имел форму сферы, точнее негсферы, поскольку состоял из отрицательной энергии, и был размером с бейсбольный мяч, но глаз обыкновенного человека не столь изощрен, чтобы анализировать наблюдаемое. Разум не мог представить себе таинственный объект объемным или трехмерным. Свет словно втекал в него, бесследно исчезая. Глаз не способен с уверенностью различить ни форму предмета, ни структуру его поверхности. Разум как бы бессильно склонялся перед пустотой, непрерывно принимавшей причудливо изменчивые формы.

Киннисон попытался проникнуть внутрь таинственного предмета с помощью сверхчувственного восприятия, но в изумлении отступил. Это не была обычная темнота: перед Киннисоном простиралась полная, абсолютная пустота, полнейшее отсутствие всего! Абсолютная пустота, отрицательная энергия, негсфера!

— Думаю, мы получили как раз то, что нужно! — заметил, придя в себя, линзмен. — Можете прекратить подкачку энергии.

— Нам все равно вскоре пришлось бы прекратить подкачку, — ответил Мудрый, — поскольку мы полностью израсходовали весь запас материалов. Чтобы получить то количество энергии, которое вам требуется, понадобилось бы масса весьма большой планеты. Может быть, вы присмотрели какую-нибудь подходящую планету, когда вынашивали свой план?

— Кажется, мне удалось придумать кое-что получше. Я имел в виду материал такой планеты, только уже разделенной на части для удобства транспортировки.

— Пояс астероидов! Как же я сам не догадался! — воскликнул Торндайк. — Великолепная идея! Одним выстрелом мы убиваем двух зайцев: получаем необходимое количество материала для превращения массы в энергию и заодно расчищаем пространство для безопасной космической навигации. А как быть с метеорными старателями — теми, кто добывает драгоценные металлы на астероидах?

— С ними все улажено. Большие астероиды, на которых ведется добыча драгоценных металлов, остаются на месте. Для навигации они опасности не представляют, так как на них установлены радиомаяки. Старателей-одиночек мы отправим со всем их скарбом за счет Галактического Патруля в другие солнечные системы. Пусть себе ищут драгоценные металлы там. Но, прежде чем я отправлюсь в полет, мне бы хотелось выяснить, как обстоит дело с еще одним пунктом нашей программы. Не будет ли срывов со второй очередью сферы-аннигилятора?

— Не беспокойся. Все будет в полном порядке.

— Отлично! Тогда за дело!

Два огромных грузовых космических корабля с планеты Земля были наготове. Взяв на буксир опытную сферу-аннигилятор и целую вереницу захватов и прессоров, они немедленно стартовали к Солнцу. Через несколько часов (ибо главным в рейсе была не скорость, а соблюдение осторожности) караван достиг пояса астероидов, и команды с азартом принялись вылавливать плававшие в космическом пространстве каменные и металлические глыбы.

— Выбирайте астероиды поменьше, — предупредил Киннисон, — те, что имеют в поперечнике не более десяти футов, иначе они не влезут в нашу установку. Вот когда будет построена вторая очередь аннигилятора, дойдет дело и до больших астероидов.

— Но ведь мы можем разрезать крупные астероиды на части, — предложил Торндайк. — Для чего у нас, спрашивается, секущие плоскости?

— Не возражаю. Следите за тем, чтобы ваша малютка всегда была хорошо накормлена.

— Не беспокойся! Голодать мы ей не дадим.

Огромные глыбы, реже каменные, чаще железно-никелевые, получив толчок, отлетали туда, где на растяжках между космическими кораблями висела сфера-аннигилятор. Попадая в простиравшуюся вокруг кораблей зону действия бергенхольмов, астероиды переходили в безынерционный режим. Прессоры сплющивали их до нужных размеров и проталкивали в зияющие жерла установки, прижимая к внутренней поверхности ненасытной сферической оболочки, и массивные глыбы, приходя в соприкосновение с роковой поверхностью, исчезали. Казалось, астероиды проходят сквозь сферическую поверхность из привычного трехмерного пространства в иной мир.

Даже те, кто принимал непосредственное участие в сооружении аннигилятора и его эксплуатации, не претендовали на понимание происходящих внутри установки процессов. В сути явления, и то со всевозможными оговорками и лишь до определенной степени, разбирались лишь сорок с небольшим мудрецов — тех самых величайших галактических гениев, которые были придирчиво отобраны Киннисоном. Только они владели языком, адекватным для описания аннигиляции, — умопомрачительной по сложности математикой.