Читаем Дети бури полностью

Алекс взял сестру за руку, и малышка не стала возражать, хотя в обычное время сделала бы это непременно. Она прижалась к брату, то и дело посматривая на него так, будто мальчик мог защитить ее, как будто он был силачом, а не просто-напросто слабым девятилетним ребенком. Наверное, для нее все выглядело именно так. Алекс всегда был заводилой в совместных играх, и Тина привыкла обращаться к нему за помощью. В любой ситуации. Это были удивительно дружные дети, искренне привязанные друг к другу. Девочка явно чувствовала себя в безопасности рядом с братом.

Соня не упустила из виду этот жест и подумала, что, несмотря на веселое расположение духа и игривость, дети на самом деле осознавали всю тяжесть сложившейся ситуации в большей степени, чем показывали это взрослым. Может быть, они это чувствуют, и их настороженность проявляется на примитивном, физическом уровне, являясь результатом сильной тревоги, которую они бессознательно ощущают вокруг себя. Во всяком случае, трудно представить, что в таком возрасте у них достаточно терпения и самообладания, чтобы не показывать взрослым своих настоящих чувств, не заставлять их волноваться еще больше. Нет, конечно нет. Дети, как маленькие зверьки, чувствуют приближение опасности и жмутся друг к другу, но природная беззаботность помогает им преодолевать это чувство. Хорошо, что так, – возможно, весь этот кошмар, если думать о нем как можно реже, в меньшей степени отразится на их дальнейшей жизни.

С юга дул довольно сильный бриз; на земле он казался не таким быстрым, как в небе, где гнал к северу большие облака. Под ветром пальмы издавали мягкий, хрустящий шелест, легкое шипение, но не двигались. Трудно было себе представить, что ураган может достигнуть такой силы, чтобы вырвать деревья с корнем и заставить волны перехлестывать через маленький островок. Соня читала о таких вещах, ужасалась, но не очень верила. Даже теперь, более или менее познакомившись с окрестностями и убедившись в том, что Дистингью и в самом деле очень мал, она не хотела думать о том, что газетные репортажи могут оказаться правдой: островок был настолько прекрасен, что просто не мог оказаться беспомощной жертвой стихии.

Маленькая группа направилась вдоль края ухоженного сада и прошла рядом с тем местом, где накануне лежала без сознания Соня, потом спустилась к посеревшему пляжу.

– Смотрите! – воскликнул Алекс, показывая пальцем на разгулявшиеся волны.

В точности как он и говорил, они были огромными, восемь или девять футов в высоту, накатывали на пляж с чудовищной, жестокой силой. Дикая картина просто завораживала, заставляла забыть обо всем. Море совсем не походило на ту ласковую синюю колыбель, которой Соня любовалась в день приезда; это было самое настоящее чудовище, неуправляемая сила, с которой человеку не справиться никакими средствами.

– Там корабль! – воскликнул мальчик.

– Где? – спросила Тина.

Он показал.

Соня взглядом проследила направление, которое указывала протянутая рука мальчика, и далеко-далеко на бушующих просторах моря увидела длинный танкер, переваливающийся вместе с волнами то вверх, то вниз, как живое существо, не привыкшее к буре и ищущее спасения. Даже с этого расстояния ей удалось разглядеть огромные пласты пены, которые окутывали борта корабля каждый раз, когда он миновал очередную стену воды.

Она вдруг поняла, что дикая природа может быть гораздо опаснее человека, даже если речь идет о законченном безумце. Она лихорадочно молилась, чтобы ураган по имени Грета миновал Дистингью... Страшно представить, что он может сотворить с островом, если сумел поднять эти невероятные волны, играющие с огромным кораблем, как с детской игрушкой. Значит, дальше будет еще хуже. Может быть, даже роскошный особняк Доггерти не устоит перед буйством стихий, может быть, произойдет самая настоящая катастрофа, может быть, Линда Спольдинг в конечном счете была права и ей не стоило сюда приезжать... Соня прогнала прочь эти мысли. Что сделано, то сделано, – теперь нужно держаться, другого выхода нет. Они уже не могут уехать с острова, значит, надо забыть об этом и вести себя так, как будто ничего особенного не происходит. По крайней мере, не пугать детей...

Компания подошла ближе к краю воды; дети бежали на пять шагов впереди. Говорить было в общем-то не о чем, но и идти молча неудобно. Любая, хотя бы самая банальная фраза могла бы заполнить образовавшуюся пустоту.

– Зябко, – сказала Соня, так и не придумав ничего более подходящего.

– Плохой знак.

Еще несколько замечаний полностью исчерпали тему погоды, и взрослые замолчали. Манеры Сэйна вообще не слишком располагали к праздным беседам; казалось, что он настолько поглощен выполнением своих обязанностей, что просто не позволяет себе отвлекаться. Со своей стороны девушка не слишком-то горела желанием вступать в разговор. Ее одолевали мрачные мысли, а этот собеседник явно не мог их развеять, разве что добавить новые поводы для тревог. Она знала, что уж этого долго ждать не придется.