Читаем Дети Брагги полностью

- К чему все это? - очень спокойно и жестко задал вопрос Оттар Черный, и от того его слова прозвучали тем более неожиданно. - К чему просить у нас истолкования сна, если ты не желаешь прислушаться к нашим словам? Если считая, что знаешь все сам, хватаешься за лежащее на поверхности, самое простое объяснение?

Не в обычае детей Брагги толкать на что-то обратившегося к ним, тем более когда речь идет о столь тонком вопросе, как вещие сны. Ключ к решению загадки сна, а для каждого из нас, - прости мне мою мудрость, конунг, - загадки здесь нет никакой, в вопросе: почему ты отказался убить дракона, почему ты отказался взглянуть в глаза ему?

Пока Вестмунд ошеломленно подыскивал слова для ответа, Оттар продолжил:

- И не задумался ли ты, почему сновидец Ванланди неохотно говорил о том, что увидел он сам. Смотрящий со стороны, быть может, видит меньше, но понимает происходящее лучше.

Ванланди в подтверждение слов Оттара кивнул, но продолжать предоставил старшему.

- Что вы хотите этим сказать, сновидцы? - процедил Вестмунд.

- Мы, скальды Круга детей Брагги, - Оттар отмеривал заранее взвешенные слова, - полагаем, что видел ты того, кто ведет на нас рать. Нет, - он предостерегающе поднял руку, - это не сын норманнского герцога Вильяльм по прозвищу Длинный Меч. Это тот, кто защищает его рати рунной волшбой.

- Так, значит, настал день, когда вы предали меня!

- Я сказал "ведет на нас рать". - Оттар подчеркнул слово "нас". - Это означает, что угроза Кругу не менее велика, чем угроза Йотланду.

И мы останемся с тобой в этой битве. Теперь вернемся все к тому же вопросу, на который ты не желаешь дать ответ, над которым ты не желаешь даже поразмыслить. Взглянуть в глаза Дракона ты не смел потому, что увидел в том вещем сне кого-то близкого себе. Я не стану утверждать, что дракон этот твоя оборотная сторона, но это родная тебе кровь.

Вестмунд побелел от не находящего выхода гнева:

- Так ты желаешь сказать, что я одной крови с этой тварью?

- Возможно, хотя тебе и покровительствует Один, - напомнил Оттар.

Конунг сорвал, скомкал плащ, казалось, ему не хватало воздуха в одной палате с этими спокойными уверенными людьми, которых он не мог ни рассердить, ни напугать. На которых не действовали, как на прочих воинов, воззвания к отцу его Одину! Одину слава! Тысячи глоток исторгнут крик по одному этому слову, тысячи рук ударят мечами в щиты в вапна такр - лишь эти останутся безучастны.

Вес отшвырнул скомканный плащ, левая рука крепче сжала жезл.

Казалось, сам воздух в горнице звенел от напряжения. Волосы зашевелились у него на затылке, по спине побежали мурашки.

Сам предвечерний свет показался ему неестественным. Как будто в окна вместо мягких летних сумерек вползает смоляная чернота. Даже огонь в очаге казался приглушенным, почти поглощенным тьмой.

- Волшба? - сквозь зубы процедил он.

- Никакой волшбы здесь нет. - Скальды удивленно переглянулись.

Вскочив со своего кресла, Вес бросился к окну в надежде увидеть привычную успокаивающую картину вечернего лагеря, но, подняв взгляд к небу, увидел в нем низко висящую луну, чей лик был подернут мраком. Густым, липким мраком. И цвет его был темно-пурпурным до черноты. А на вершине вала на берегу залива почудился ему силуэт человека, возле которого, насторожив уши, наблюдал за сменой красок огромный волк. В лучах умирающей луны хилая заползавшая на вал поросль светилась бледно-лиловым.

- Квельдульв, - выплюнул Вес. - Жадный пожрет луну, а за ней и солнце.

- Нет, конунг, - как сквозь пелену донесся до него мягкий голос целителя. - Тьма лишь в тебе самом.

- А вы что ж молчите? - Вес обернулся от окна к отцу и сыну, скальдам Одина.

- Если ты не веришь словам, Оттара и Стринды, - спокойно и даже, казалось бы, безучастно ответил Эгиль, - то тем более не поверишь нашим. Скорее решишь, что мы пытаемся выгородить, - на этом слове он неприятно усмехнулся, - Грима.

Вес снова повернулся ко все притягивающему его окну. Там от воды и из низин поднимались к частоколу вала кольца приторно-пурпурного тумана, словно испарения над трясиной перед грозой. Еле слышное шипение почти глохло в тяжелой тьме.

- Есть против этого заклятие? Против этой шипящей тьмы?

- Заклятия нет, - ответил у него за плечом голос Стринды. - Как нет и того, что видится тебе. Но ты же не поверишь нам, не так ли?

Низинный туман расползался. В лиловых волокнах вспыхивали слабые темно-пурпурные искорки, словно светлячки танцевали в тумане.

- Почему бы нам не позвать кого-нибудь из стражи конунга? Человека, про которого конунг знает наверняка, что тот никак не связан с Кругом? - предложил со своего места у стены Хамарскальд, и Вес вопреки всему порадовался, что приблизил к себе столь разумного человека. Быть может, единственно разумного среди этих странных людей.

- Быть может, такого, кто не питает к нам особой приязни? - закончил Бранр.

- Подойди сперва сюда ты!