Читаем Дети полностью

– Некогда, работы полно.

– Вот репортаж.

Она с Ириной смотрели, во что превратились Трущобы. Земля во многих местах осела, дома завалились, не осталось ни одной доски, фанеры, куска пластика. То там, то здесь были видны булькающие ямы, полные какой-то непонятной жидкостью.

– Поехали, посмотрим поближе.

– А машина?

– С соседом договорюсь.

К месту их не пустила полиция, как и остальных зевак. Постояв немного, они поехали назад. На дороге увидели идущую девушку. Несмотря на холод, она была легко одета и промокла, но шла как-то безучастно, просто вперёд. Остановились, остановили её. Её руки были обожжены, но как-то странно. Перевязали, посадили в машину, отвезли домой, накормили. И ту прорвало. Она рассказала всё, что видела в предыдущую ночь. Все внимательно слушали.

– Что это? – спросила Ирина.

– Биологический Растворитель. Растворяет любую органику, но неустойчив на воздухе.

– Краска, шины?

– Да, его работа.

– Я что-то проспала?

– Немного. Как ожоги?

– Хорошо, уже не болят.

– Давай перевяжем. Садись сюда.

Пока Ирина перевязывала, она звонила Сергею, объясняла ситуацию. Надо помочь. Он обещал прилететь вечером. Когда перевязка закончилась, пришел прораб и сказал, что бригада неработоспособна. Она согласилась, забрала ключи, сказав, что если они и завтра не будут в состоянии работать, она поймёт. Прораб ушел, поблагодарив за пару выходных. К обеду подъехали военные и перекрыли все подходы к Трущобам, заблокировав управление любой радиоуправляемой техникой. Начали опрос жителей окружающих микрорайонов. Город гудел. Явно намечался новый, короткий «курортный сезон». Журналисты забронировали все гостиницы, особенно если окна выходили на Трущобы. Самые дешевые гостиницы вдруг стали самыми дорогими, и свободных мест не было. Сергей прилетел в темноте. Осмотрел руки, перевязал, залил «Изумрудкой». Потребуется стационарное лечение, поэтому утром в Новороссийск, в стационар при Терминале. Заказали такси на утро.

Они снова собрались в той же комнате. Благо, было что обсудить. В Трущобах было применено неизвестное оружие. Свидетелей нет, действует тихо, уничтожает всё: дома, дороги, землю. Они узнали, кто закидал из гостевой дом бутылками, и ответили. Массово, неизбирательно и жестоко. Уничтожено 5 банд, проживавших в этом районе. Полиция задержала ещё 4 банды. Можно сказать, что Трущобы зачищены, надолго. Все сидели молча, особенно те, кто на прошлом заседании предлагал всех перерезать. Снова начал старший.

– Все понимают, что будет, если мы к ним полезем грубо. Надо думать. Сейчас захватим то, что освободилось. Но надо спешить, не одни мы здесь. Хотя, захватывать особо нечего, но все же. Потом неплохо стравить с «Куколкой» наших конкурентов. Пусть она их проредит. Здесь можно и урвать хороший кусок. Только аккуратно, без крови.

Он начал раздавать задания группам. Действовать надо осторожно. Город наводнён полицией, прокуратурой, войсками. Запасы алкоголя закончились уже в первый день. Девочки ещё не измотаны, но надо подвести из других городов. Это и деньги, и информация. С «дурью» поосторожней, только проверенным клиентам. И ещё этот чёрный пупсик.

Аэропорт Геленджика перекрыт, поэтому самолётом до Краснодара. На автобус билет продают только местным и приглашенным, но не журналистам, поэтому поездом до Новороссийска, а там на такси. Они ехали удачно. Прибыли рано утром, а таксист собирался в Геленджик по заявке. Договорились. Цена поездки – как в сезон за день работы, но он обещал помочь разместить. Ехали в утренней дымке, и было плохо видно Трущобы. У дома такси ждали четверо. Журналистка – молоденькая девушка, выпускница этого учебного года, и оператор – мужчина в возрасте, вылезли из такси, вынули из багажника свои сумки.

– А где мы разместимся? – спросила журналистка.

– Ирин, поселишь? Привет, Миш.

Оператор и владелица гостевого дома обнялись.

– Надолго?

– Пока на неделю. Там зависит от результата.

– Тяжело вам будет. Военные, полиция, прокуратура. Район перекрыт.

– У меня квадрокоптер.

– Глушат. Не ближе 5 километров.

– Не возьмёт. Эх, с ПЛАНТАЦИИ бы квадр привести.

– Привезу. Завтра. У меня есть. Сергей привёз как-то.

– А у меня на ноуте программа осталась.

Хозяйка и девушка с перевязанными руками сели в машину и поехали в Новороссийск. Ирина проводила и разместила журналистов. Они быстро разобрали вещи, переоделись и в пресс-центр. Четвёртая, девушка с перевязанной ногой, организовала машину и уехала с журналистами до строительной фирмы.

Их встретила толпа. Все хотели увидеть, что там произошло с Трущобами. Издалека было видно, что часть района как будто оползла, особенно внизу, там, где раньше были сады и виноградники. Оцепление не пускало любопытных и журналистов внутрь. Внутри группой стояли «шишки» от «силовиков».

– Радиационный фон в норме. – сказала журналистка. – Дядя Миша, давайте оттуда снимем репортаж.

– Лучше чуть правее, там повыше, и квартал будет лучше видно.

– Давайте. Мотор.

Они сняли репортаж, отослали его в редакцию.

– Дядя Миша, а как вы с той женщиной познакомились?