Читаем Дети полностью

Руки привычно работали. Движением ладони вверх поднималась рукоятка затвора, расцепляя его со стволом. Пальцы захватывают рукоятку и тянут её назад. Щелчок, и гильза летит, вращаясь и выпуская остатки отработанных пороховых газов. Большой палец отправляет затвор вперёд, захватывая очередной патрон из магазина и досылая его в патронник, а потом вниз, запирая затвор. Потом большой палец ложится на ложе приклада, а рука обхватывает его, указательный палец на спусковом крючке. «Старики» работали с глушителями. Две «Мосинки» и два «Ли-Энфилда» посылали свинец в ночь и дождь. Где-то там несколько палачей ОПГ Дальнего Востока пытались решить вопрос с несговорчивым и живучим Главным Прокурором. Не успели. Всё как по книге. Сначала устраняем задних, потом всех остальных. Зверям – звериные пули. Стреляли только в голову. Они поняли, что стали мишенями слишком поздно. 30 патрон на 10 человек слишком много для стрелков, тренировавшихся всю свою сознательную жизнь и оснащённых современными баллистическими вычислителями и прицелами.

ВЕРТОЛЁТ сел рядом с трупами. Вышли четверо с пистолетами наготове, осмотрели трупы и машины. Живых нет, кроме своих. Двое парней помогли подняться с колен Главному Прокурору, отвели его в ВЕРТОЛЁТ. У него была сломана лодыжка, открытый перелом, так что в больницу, никаких протестов. Девушка уже провожала в ВЕРТОЛЁТ продрогшую и плачущую жену и испуганных детей. Молодой мужчина стоял, осматриваясь по сторонам и прислушиваясь к ночи. Когда все зашли он забежал в ВЕРТОЛЁТ, нажав кнопку закрытия задней двери, сел за штурвал и полетел на юго-запад, к Хабаровску.

В гостинице шёл бой. Двое против целой толпы озверевших бандитов. Их не удалось взять сонными. Антон и Жанна хорошо владели оружием, но патрон мало. С десяток бандитов уже лежало в номерах и по коридору, а на них ни царапины. Стреляли только наверняка. За ними, прижавшись к стене, сидели журналистка и оператор. Ещё этих защищать. Сергей обещал скоро быть, помочь. За окном громыхнуло, у окна что-то свесилось. Антон выстрелил, но понял, что зря, труп второй раз не убить. Тяжесть боя перенеслась в другое место, на лестницу. Кто-то снаружи «резал» бандитов, и резал умело, грамотно, беспощадно.

Сколько сил ему потребовалось, чтобы перейти со своего места к нужному окну. Около минуты понадобилось чтобы привыкнуть к прицелу, системе перезарядки, оценить обстановку. Из этого оружия тяжело стрелять, но легко попадать. Каждая винтовка оснащена комбинированным прицелом с дальнометром и баллистическим вычислителем. На стене запасные обоймы с патронами. Они решили от него избавиться, он освобождён от рамок закона на сегодняшнюю ночь. Четверо «отморозков» ушли на крышу, взяв только пистолеты. Они не боятся ни чего. При себе только плащи-накидки с капюшонами, но ведут бой как бывалые спецназовцы. Вертолёт ведёт его старая знакомая, Хелен Стромбир, ясно, кто пришел к нему на помощь. Должен он им, ой должен. Это третье удачное покушение на него, третье, когда компания «Стромбир Компани» вырывает его из костлявых лап. Папу похоронили, мама отдыхает на ПЛАНТАЦИИ II, а он в переделке, второй раз после похорон и поминок. Но ничего. Сергей накрыл подкрепление, полиция явно попустительствует, исправим. Он знает все ОПГ, кто замешан в охоте за ним. Незаконный вылов рыбы, золотодобыча, вывоз леса, эмиграция. Всем им он сильно мешал, мешал и чиновникам брать мзду с этого бизнеса. Теперь его терпению пришёл конец. «Жену и детей в Москву, в Руины. Там их защитят. А сам «спущу всех собак» сначала внутрь прокуратуры, потом по региону. Если надо – есть кому позвонить, попросить «усилить» нажим».

Больница, уже знакомая палата. За стеной больные дети. Ему «сложили» ногу, залили «Изумрудкой». Через неделю он встанет и займётся работой, через 3 недели от травмы не останется и следа, но работать он начнёт уже завтра.

Фая смотрела с балкона на суд. Рядом Маргарита, бывший Генеральный Прокурор России. На ПЛАНТАЦИИ II она уже была, захотела посмотреть на КОЛОНИЮ. Ей интересно было посмотреть на судопроизводство здесь, в средневековье. Судили обычного клерка за казнокрадство. Он во всём сознался, суд шел к вынесению приговора.

– Он врёт. – сказала Маргарита Фае. – Он путается в показаниях.

– А сможете изобличить?

– Легко.

Фая подола знак и что-то шепнула слуге. Он спустился в зал и шепнул секретарю. Секретарь объявил.

– Подсудимого допросит Богиня по Суду.

Маргарита удивлённо посмотрела на Фаю. Та улыбалась своей обезоруживающей улыбкой. Она спустилась в зал.

Через 30 минут подсудимый признался, что оговорил себя под давлением своего руководства, и не он один. Выдал всех сообщников, которых тут-же арестовывали и допрашивали. Через 2 часа вся картина преступления была ясна. Фае это было особо интересно. Она давно боролась с казнокрадством, ловили мелких клерков, но сейчас попалась особо крупная «рыба». Целая система казнокрадства, включая присяжных и судей.

– Приговор? – спросил секретарь.