Читаем Дети-404 полностью

– Я не могу сказать маме, самому близкому человеку, что не оправдаю ее надежд. Я не могу признаться семье, что они никогда не увидят мою свадьбу, не познакомятся с моим парнем.

А. С., 17 лет:

– Я просто не могу причинить родителям такую боль. Они любят меня, заботятся. Им будет слишком больно от разочарования и понимания того, что их любимая дочь стала одной из мерзких и презираемых.

Кит-Невидимка, 15 лет:

– Мама говорила: «Геи, лесбиянки, бисексуалы, неважно кто… Это хуже болезни. Хуже зоофилов и наркоманов. Если бы ты оказалась лесбиянкой, я бы убила тебя собственными руками». Разговор длился больше двух часов. Были споры, крики, ругань. Я так и не совершила камин-аут, но не из-за страха, а потому что люблю маму и не хочу огорчать.

Дарья, 17 лет (Москва):

– Не хочу шокировать. Не хочу расстроить и разочаровать.

Катя, 16 лет:

– Мама с папой хотят внуков, а я единственный ребенок, так что это может быть ударом для них. Но рано или поздно придется признаться…

Молчать тяжело: это огромный внутренний груз, постоянное напряжение. Потому многие подростки пока не открываются родителям, но планируют сделать это в будущем.

А., 17 лет (Омск):

– Мне не хватает принятия мамы и папы. Для них гомосексуальность – это политика и мерзость. А все равно хочется привести домой любимую, сесть за один стол, познакомить… Хочется, чтобы они увидели, как я счастлива, порадовались за меня…

Лиза, 17 лет (Санкт-Петербург):

– Обязательно буду открываться семье. Так легче. Хотя боюсь. Боюсь за здоровье, боюсь испортить отношения и потерять крышу над головой.

Кира, 16 лет (Воронеж):

– Расскажу маме, когда у меня появятся серьезные и длительные отношения.

Анастасия, 14 лет:

– Недавно мама завела разговор о гомосексуалах, цитирую: «Как глупо идти против природы, дураки они все, как хорошо, что вы (я и младшая сестра) у меня нормальные, а эти бог знает что. Девки-лесбиянки вообще дуры, ну вот что им в мужиках не нравится? На баб лезут, век бы таких не видеть». Мне хотелось разрыдаться, родная мать оскорбила меня и таких же, как я. Мне хотелось ей все рассказать, но что бы тогда было? Они бы все, скорее всего, отказались от меня. Жить в семье гомофобов очень тяжело, но я знаю, что, когда стану старше, обязательно им все расскажу, а принять меня или нет – это их дело.

Даша, 15 лет (Омск):

– Моя мама знает, что я нормально отношусь к гомосексуальности, и мы иногда разговариваем об этом, стараемся понять друг друга. Разумеется, мне бы хотелось, чтобы она избавилась от предрассудков и приняла меня. Но пока я чувствую, что она к этому не готова, – я буду молчать.

А., 17 лет (Томск):

– Пару раз я порывалась написать письмо маме и оставить его на видном месте. Так, наверно, и сделаю. Года через три-четыре.

Лена, 17 лет (Санкт-Петербург):

– Безусловно, я собираюсь открыться родителям, не хочу врать им. Пусть лучше они услышат правду от меня.

Анжела, 14 лет (Москва):

– Мне кажется, ко мне будут очень плохо относиться, жизнь станет невыносимой. Такие уж у нас условия… Как окрепну, осознаю и додумаюсь – все совершится, надеюсь, без потерь близких людей. Они мне очень дороги.

Алексей, 17 лет:

– Есть два человека, которых я безумно люблю. Это мои папа и мама. Я им благодарен за все, что они для меня сделали. Я их очень сильно люблю. Но мое сердце болит каждый раз, когда они говорят что-то оскорбительное про геев. Я боюсь сказать им правду. Я боюсь потерять их. Меня спасает оптимизм. Я верю, что все будет хорошо. Настанет день, когда я сяду рядом с родителями и расскажу им правду, не зная, как они это воспримут, но это не так важно, потому что я все равно буду любить их всегда.

Совершать ли камин-аут? И как?

«Настанет день, когда я сяду рядом с родителями и расскажу им правду» – о таком дне думает почти каждый подросток. И перед ним рано или поздно встанет, пожалуй, один из самых сложных вопросов: нужно ли рассказывать о себе и как это делать?

В идеале для камин-аута перед родителями желательно, чтобы у вас были:

– свое жилье (собственная или съемная квартира) – чтобы не оказаться на улице;

– источник дохода, который позволяет жить независимо;

– поддержка друзей или любимого человека (необязательный пункт, но он многое облегчает).

«Неужели все так плохо?» – спросите вы. Все не плохо: все непредсказуемо. Нужно всегда рассчитывать на худший исход. Как бы хорошо вы ни знали родителей, их реакция может быть самой разной.

Ясно, что идеальных обстоятельств почти не бывает. Если вам меньше 18 лет, вряд ли можно рассчитывать на свое жилье и полную финансовую независимость. Но камин-аут – это риск в любом случае, независимо от возраста.

Итак, что нужно делать и с чего начать?