Читаем Детектив-чародей полностью

– Мы слишком запоздали, - печально ответил парень, которого Люмис назвала Дэвидом. - Нам следовало найти её раньше, чем это сделали белые маги.

– Если бы не этот проклятый Джонатан, мы бы успели вовремя, - буркнула рыжеволосая женщина.

Люмис помрачнела: - Да, с ним мы не может справиться, он постоянно смешивает наши карты. Остальные белые маги мне не страшны, всё равно они после обучение в Университете отправляются домой вести самую обыкновенную, скучную жизнь, очень быстро теряя полученные навыки. Мы же колдуем постоянно. Даже не знаю, что случиться, если чёрную ведьму воспитают белые маги, и натравят на нас!

– Что-что, - парень с жёлтым глазом скривил вполне красивое лицо, - придётся нам её убить, что же ещё?

Мария покрылась холодным потом, ощутив ужас. Она теперь точно была уверена, что Дарине грозит страшная опасность, и ей придётся терпеть нелёгкий характер девочки, разыгрывая роль телохранителя.

"Впрочем, почему именно я? Пускай Джэнис, наконец, хоть что-нибудь сделает!"

Неожиданно ей показалось, что на неё, невидимую для беседующих, смотрит Дэвид. Его глаза жгли её калёным железом. Чёрные кудри, как змеи, подчёркивали его белоснежное лицо, выделяя синий и чёрный глаза.

– Идиотка, дура, кретинка! - заорал он, обращаясь к Люмис, и совершая руками пассы. - Люмис, ты привела кого-то с собой, я вижу чью-то тень!

Люмис глянула, как показалось Марии, прямо ей в глаза: - Да, я её вижу, но ведь она спит, и ничем нам не навредит.

– Но ей нельзя подслушивать наши тайны! - возразила красивая, истощённая блондинка со следами скрытой болезни, которая постепенно подтачивала её, как гниль спелый плод.

– Ты права, Стэлла, к тому же нас не так много, чтобы притянуть её к нам всю, вместе с телом, - с грустью ответила Люмис.

Они потянули к ней руки, Марии стало страшно, она ощутила, как её отталкивают, и она падает, падает…

Мария резко дёрнулась, чуть не слетев в полки, и проснулась.

Давно не спавшая Дарина, хоть была ещё ночь, лазила на столе в поисках съестного.

"А всё из-за тебя, маленькая стервочка! - со злостью подумала Мария, переворачиваясь на другой бок, созерцая глухую стену. Что-то у меня больше нет желания тебя защищать! В следующий раз выпутывайся сама".

Поезд набирал бешеную скорость, колёса стучали в такт её сердцу.

***

Не одной Марии Золотаревой в эту ночь снились отвратительные сны. Чёрная волшебница Люмис в эту ночь тоже спала очень плохо, - расстроились из-за испорченного похищения; она вспоминала своё прошлое, ворочаясь в постели.

…Башня была влажной и холодной, как жаба. Люмис сжалась в углу на своей пышной кровати с атласным балдахином - жалкие остатки былого благополучия.

Странно выглядела эта пышная кровать во влажном склепе, скорее предназначенном для покойников, чем для живых людей. Впрочем, в подобных местах короли привыкли заживо хоронить узников, либо совершивших грех, либо ставших поперёк пути коронованным особам.

По каменным стенам тюрьмы текли мокрые слёзы сырости, ткали бесконечные путины огромные, чёрные пауки, по холодному каменному полу бегали крысы.

Её белые, тонкие пальцы сжались вокруг решётки маленького окошка - решётку она подпилила пилочкой для ногтей - много часов работы, но ещё не время, нужно дождаться полной темноты… Времени, когда суеверные жители ни за что не высунут нос даже в окна, не говоря уже о дверях. Им казалось, что их сразу же скушают вурдалаки или ведьмы.

… Наконец ночь опустила беззвёздную вуаль на маленький город, а в окошко внизу двери просунули еду. Люмис сняла пышное платье с множеством кружев - спасало от холода, но мешало двигаться, - завязала чёрные, как сама ночь волосы в косу, резким движением вырвала подпиленную решётку, бросив её на кровать.

В одной тонкой сорочке Люмис вынула из-под подушки сделанную из простынь и сорочек верёвку, привязала её к ножке кровати и полезла через узкое окошко, радуясь, что изрядно отощала за месяцы заключения.

Спускаться было тяжко, упираться подошвами в выемки между камнями кладки, во что только можно было упереться, сдирая кожу с ладоней; она с невыразимым ужасом слушала, как трещит верёвка.

"Только бы какая-то из простынь не оказалась слишком ветхой!" - молились Люмис.

Она не смотрела вниз, зная, что кажется муравьём на длинном стволе дерева, что падение будет неизмеримо долгим…

Наконец она коснулась земли подошвами ног и с огромным облегчением отпустила верёвку, розовую от её крови.

Ледяной ветер легко проник через тонкую рубашку. Она задрожала и пошла прочь быстрым шагом… Прочь от зла, горести, прошлого величия.

… Она остановилась возле широкого рва, наполненного казавшейся чёрной водой, в которой отражались звёзды.

"Как жаль, что я не люблю плавать", - подумалось ей. Но, зная, сколько эта тягучая, как сироп, вода хранит под собой костей нападавших на замок воинов, невольно содрогнулась. Люмис не была суеверной, но не хотела проплывать под скелетами. Она не раз слышала страшные рассказы, как скелеты затягивают в воду и топят живых людей. Ей не хотелось проверять легенды на своём опыте.