Читаем Десятый столик полностью

- Я скучаю по тебе, - говорю я ей. Не уверен, что когда-либо говорил это другому человеку. Никогда. Но это потому, что я никогда не скучал по кому-либо, как скучаю по ней.

- Скучаешь? - спрашивает она, и я слышу надрыв в ее голосе и чувствую это глубоко в моих костях.

Пожалуйста, не плачь. 

- Конечно, я скучаю. Ты открывала пакет, который я послал тебе? – спрашиваю я, потому что сказал ей в записке, что скучаю по ней. Скучаю по ее компании, ее смеху, ее любви к бекону, ее пирогам, что она заставляет мою квартиру пахнуть, как сахар. Я скучаю по всему этому.

- Еще нет. Я привезла его с собой. Я сдерживалась, хотела подождать подходящего момента, чтобы открыть его.

Я хихикаю, потому что это та Кади, которую я знаю. Девушка, которая делает все по-своему.

- Ну, по крайней мере, он у тебя. Никакого давления.

- Спасибо, - говорит она, и мне кажется, что я слышу улыбку в ее тоне. По крайней мере, я буду притворяться.

Мы молчим несколько секунд, может, минут, прежде чем я слышу какой-то шум у нее на заднем плане.

- Нейтан, могу я перезвонить тебе? Может быть, сегодня вечером?

- Конечно, - говорю я ей, не раздумывая. - Конечно. Звони мне в любое время, когда захочешь.

- Хорошо, я позвоню, - говорит она. - И, спасибо, что перезвонил, и за пакет, хотя я еще не знаю, что в нем.

Я слышу, как кто-то на другом конце провода зовет ее по имени, и что-то внутри меня сжимается.

- Не за что. Береги себя, ладно?

- Хорошо.

Она задерживается на несколько секунд, и я хочу сказать ей о своих чувствах... те же слова, что были на кончике моего языка в ту ночь, когда она убежала из гостиничного номера, но решаю, что сейчас не время для этого.

- Поговорим позже.

Это обещание, потому что я поговорю с ней позже.

Забравшись обратно в машину, я запускаю двигатель и выезжаю обратно на дорогу... направляясь на север. Я дам ей это время. Пока она говорит со мной, и я знаю, что она в безопасности. Я буду ждать. Я могу быть терпеливым... ради нее.

Но нет никакого способа в аду, что я отпущу ее.

Глава 7

Кади

- Привет, Бобби, - говорю я, помещая телефон в безопасность моего кармана, снова чувствуя, как частичка Нейтана дарит комфорт.

- Привет, - говорит он выжидающе.

Я не видела Бобби четыре года, но он не изменился. От белой футболки до пыльных сапог он все тот же. Это мои чувства к нему изменились. Раньше я чувствовала трепет в животе, когда он поднимался по лестнице крыльца к моей двери, но сегодня я ничего не чувствую. Может быть, намек на ностальгию об ушедшем времени, но это все.

- Я сожалею о твоей маме, - говорит он, прислонившись к столбу возле крыльца, когда я не делаю попытку встать и поприветствовать его.

- Спасибо, - это стало моим отрепетированным ответом всем, кто предлагает сочувствие и соболезнования. Честно говоря, я не очень сожалею. Я не знаю, что со мной. У меня не было возможности отсортировать свои чувства. Но я не могу сказать, что мне жаль. Моя мать дала мне достаточно времени, чтобы привыкнуть к ее отсутствию. Я уже пережила это, когда была молодой девушкой, так что тут нет ничего нового.

Возможно, я сожалею об упущенных возможностях или вещах, которые могли бы быть, но  не хочу жить в сожалении. Кроме того, это не мои сожаления, чтобы удерживать их.

Не я ушла. Не я умерла.

Она это сделала.

- Мама сделала эту запеканку и хотела, чтобы я привез ее, - он держит контейнер с крышкой. Я думаю, что это тунец. Мама Бобби, миссис Холден, всегда делала кастрюлю тунца.

- Передай ей от нас спасибо, - говорю я ему, вставая, наконец, с большого плетеного кресла.

Когда я хватаюсь за запеканку, Бобби без предупреждения подходит ко мне и обнимает, притягивая меня к своей груди. Он пахнет  как грязь и свежий воздух с намеком на какой-то мужской дезодорант. Это знакомо, и на секунду я позволяю ему обнять меня, но тут же, сделав глубокий вдох,  осторожно его отталкиваю.

- Мне было интересно, что понадобится, чтобы вернуть тебя обратно. Никогда не думал, что это будет так. Я знаю, что вы не были близки, но это нелегко - потерять свою маму.

Я киваю и прикусываю щеку изнутри, борясь со смешанными чувствами, проходящими сквозь меня. Внезапное желание плакать заставляет меня прикусить сильнее.

- Но я не могу сказать, что сожалею, - говорит он, захватывая меня врасплох. - Я скучал по тебе, Кади.

- Ты не должен был, - говорю я ему. Неразборчивые эмоции убивают любое подобие фильтра. - Ты мог бы поехать со мной.

Он резко смеется, пиная грязным рабочим ботинком изношенное деревянное крыльцо.

- Ты можешь представить меня в городе? Это не место для меня. И для тебя тоже, - наклонив голову, он смотрит мне в глаза.

Бобби всегда думал, будто знает, что лучше для меня: с кем мне дружить, какую одежду я должна носить, где  должна работать, что мне делать с моим будущим.

Если бы он добился своего, то я бы уже залетела, в то время как он работал бы на полях с отцом каждый день. Это не плохая жизнь, если ты ее хочешь. Но это не мой выбор.